Поезда заставляют людей говорить;рельсы скользят вдоль полей,там прячутся кроликии горделиво стоят крестьяне,лица и руки цвета медина фоне зеленых дождей пшеницы,а поезда мчатся мимо окраин городов,мимо фабрик, сквозь новые города.Поезда заставляют людей говорить.Старая женщинаизливает душу соседкам по купе.Они говорято мужьях, которые давно умерли,о партиях и наградах,которые не имеют уже никакого значения,о саде умершего, о его лодке;«У нас был маленький домик в Уэльсе» —слова ничего не вернут,но те, кто слушает, улыбнутсяи отплатят рассказом о своих жизняхи о чьей-то внезапной смерти.Поезда заставляют людей говорить —и они начинают понимать,что всегда разрывалисьмежду стенами своих комнати взрослыми детьми,которые всегда куда-то уезжают. МеждуМанчестером и Лондоном,между уютным домом и чьей-то болезньюслова, словно колеса, отмеряют расстояние,врываясь в черные глубины туннелей.<p><strong>Деви</strong></p>На поляне, покрытой вереском,В тумане утраДве нелепые тени:Школьник с головой, набитой идеями,И косоглазый Деви.Рядом дорога, поселок,Домишки из досок,Сколоченных на скорую руку.Я видел его на скамейке,Покрытой росою.Немного сутулый подросток.Автобус не подходил,Мы о чем-то с трудом говорили.Щетина на подбородкеДелала Деви старше.Он курил сигаретуИ наслаждался дымом.Полоска бумаги прилипла к губам.Как в кинофильме, небрежноОн снял ее, смял в пальцах.— Деви, что ты видел в кино?— Ну это, о парне.Он скакал на коне,Отбил у бандитов фермуИ спас подружку.Названия фильмов,Которые Деви смотрел по субботам,Бессмысленны,Как номерок билета,Полученного им в автобусе.Цифры поблеклиВ прокуренных пальцахОгромных беспомощных рук.Деви бродил по полямИ собирал ботвинью,На ощупь искалТемные сладкие клубни.Колосья зерном набухали.Плоды свисали с деревьев.И падали листья на землю.В часовнях звонили и пели,В этом круженье осеннемДеви исчез, соскользнул в туман,Который окутал его, словно старинный плащ.И вот знаменитым сталТот, кто всегда был ничем.Деви искали повсюду.Собак привезли.Нашлись очевидцы —Щетина в усы превратилась.Он соблазнил чью-то дочьИ с нею бежал,Захватив с собоюЧасы золотые и бритву.Кто-то, конечно, видел,Как он поднимался на скалыИ ночью по морю плылВ сопровождении ведьм.Зимою умер отец.Похоронили его достойно.Костер погребальный пылал.Спалили и дом, и дрок,И кустарник.А Деви не отпевали.Он танцевал с девчонкой.И юбки ее кружилисьНад мокрой травою.Казалось, и скалы вертелись.Он падал в белую пену.<p>Джилиан Кларк</p><p><strong>Двое за работой</strong></p>
