Обозрел обстановку. Впал в раздумье. Погруженный в себя, о чем-то сосредоточенно размышлял.
Валентина в замешательстве боялась обнаружить радость.
Вадим обратился к ней:
– Валя, принеси, пожалуйста, мою одежду, – создавалось впечатление, что он недавно прилег отдохнуть.
Совершилось чудо! Чудо, в которое она неустанно верила. Бог внял ее молитвам, разлучил с бедой.
Валентина пала на колени, подняла кверху глаза, полные признательных слез, и замерла в неподвижности.
Вадим молча наблюдал за ней. Встал с постели, подошел к ней, поднял.
Сквозь застывшие слезы она всматривалась в его лицо.
– Валя, я люблю тебя, – прошептал он.
У нее вздрогнули губы. Он прижал ее к своей груди:
– Засиделись мы тут с тобой, пора и честь знать.
Врачи обследовали Вадима, после чего в полном недоумении дали добро на выписку из больницы.
Ромео и Джульетта с собачьим ликованием встретили возвращения хозяина. Они два дня лежали бок о бок, тоскливо взирая на открытую калитку. Утром третьего дня вышли за ворота. Замерли, устремив взгляд к началу проулка. Чутье не подвело.
Наступили мерные, прекрасные дни. Валентина уходила на работу с мыслью быстрее вернуться восвояси к любимому. Он провожал ее до гостиницы, вечером заходил за ней. В первые дни они находились вместе все время. Однако вскоре выяснилось, к их обоюдному пониманию, что присутствие Вадима в гостинице излишне.
О сносе старой постройки Валентина уже не помышляла. Гостиница в ее душе заняла место рядом с фонтаном – столько сокровенных чувств было пережито в облезлых стенах. Да и Вадим не заводил когда-то злободневную тему. Не раскрыл он и свою личную тайну, что обещал. Впрочем, по сложившемуся между ними негласному согласию они не касались болезненного прошлого. В общении не строили планов на будущее. Говорили просто так, о неважном. Но какое получали удовольствие!
Вадим и Валентина с чувством первооткрывателя, по-новому познавали друг друга. Каждую обнаруженную черту характера находили потрясающей. Вадим непрестанно повторял:
«Валя, я люблю тебя», – словно сомневался в том, что она его слышит. Валентина была счастлива.
Что еще может пожелать женщина, если ее избранник смотрит на нее с радостным удивлением?!
И все же Валентина жила трепетным ожиданием: ждала от судьбы еще два дара. Только вот та, дама приятная не во всех отношениях, пьяная от счастья, лишь отбояривалась: потом. Отдаленность перспективы не устраивала Валентину. Она решила проявить активность.
Волнуясь, обратилась к Вадиму.
– Вадим, хочу спросить тебя… пойдем в церковь?
Валентина очень волновалась, хотя разумно полагала и надеялась, что Вадим должен осознавать, что его внезапное чудесное исцеление не обошлось без вмешательства свыше, что случилось чудо.
Надежда не обманула ее.
– Валь, не сейчас. Я должен прежде заслужить на это право, – ответил он.
– К Богу ходят без всяких условностей, – обрадовалась она.
– У меня сложилось иное убеждение. Валь, я хочу поехать домой. Ты как на это смотришь?
– Смотрю как нитка, которая следует за иглой.
Вопросы отпали как ненужные, ибо она вытребовала у судьбы дары: венчание в русской церкви и крещение Вадима, ведь он признал Бога. Выросли бы у нее за спиной крылья, вознеслась бы высоко в небо и крикнула бы всем жителям земли: «Люди, верьте, мечты сбываются!»
Родина суть надежда. Возвращаются в родные пенаты всегда с лучшими побуждениями и лучшими ожиданиями.
Вадим и Валентина готовились к отъезду с воодушевлением. Гостиницу они передали под управление юридической фирмы, которая их обслуживала. Шеф был растроган оказанным доверием. Позаботились о Екатерине, согласно пункту соглашения та оставалась работать.
В последний день перед отъездом Валентина попрощалась со своим другом, с фонтаном. Уверила, что оставляет его одного ненадолго.
Позвонила Даниэлю, сообщила о полном выздоровлении Вадима.
– Я и не сомневался, – удивился он и громко засмеялся.
Теперь, накануне отъезда, Вадим и Валентина, после того как обсудили последние детали, сидели в гостиной, затихнув в задумчивости. Быть может, Валентина представляла себе картину их венчания. Быть может, и Вадим думал о том же. А возможно, Вадим думал о своей России. Неизвестно, о чем думали или мечтали они. Однако можно с уверенностью предположить, что их увлекали светлые и добрые мысли.
– Вадим, – прервала тишину Валентина.
– Да? – отозвался он.
– Ты знаешь, я здесь ни разу не видела цветных снов, а раньше они мне снились.
– Вот приедешь на родину и увидишь, – он взял ее руку в свою.
– Знаю, – она в сладком предвкушении потерлась щекой о его плечо.
– А я знаю, какой сон тебе приснится.
– Какой? – оживилась она.
– Если расскажу, он тебе не приснится.
– Ничего, другой увижу, такой же приятный.
– Мне известен и второй вариант.
Ответы Вадима позабавили ее.
– Ну, если ты такой ясновидец, мой дорогой, то скажи, о чем я думала сейчас?
– Ты, Валюша, не думала, а мечтала, и мечты твои сбудутся.
–Ух ты! – воскликнула в нарочитом удивлении. —В таком случае расскажи, о чем я мечтала, и тогда поверю, что они сбудутся.
Занимательный диалог прервали собачьи голоса.
