Неспешно шагая по недлинной улице, она отдыхала душой и…набиралась мужества. Последний отрезок пути, который начинался с поворота улицы в проулок, не предвещал ничего приятного. Проулок, в конце которого, собственно, и находился домашний очаг, Валентина воспринимала как хождение по мукам. Впрочем, обзор улочки и в светлое время суток порождал далеко не светлые чувства. По левому краю тесного прохода возвышался протяженный бетонный забор большой автомастерской. Далее следовали два приземистых домика, в коих отмеряли свой век две старушки. За ними тянулся пустырь. И лишь потом обнаруживались родные стены.
Всю правую сторону занимала пустошь с низкой, в один метр высотой, оградой. Пространство огороженной земли «оживляла» лишь одна заброшенная развалина.
Валентина заворачивала в проулок с мелкой дрожью в теле. Ее встречала кладбищенская тишина. Царила непредсказуемая полутьма: фонари, по ее твердому убеждению, горели тускло, вполнакала. Царила непредсказуемая полутьма. Подобно преследуемой дичи, она превращалась в слух: ждала «вестей» с пустоши. Малейший шорох в сухой траве —грабитель рванулся в прыжке – служил сигналом к спринтерскому забегу. Однако худшие опасения не сбывались – сигнал так ни разу и не зазвучал.
Далее, осилив с замиранием сердца расстояние до развалины, тут же переключала внимание на пустые мрачные оконные проемы. Бросить взгляд на зияющие черные дыры страшно боялась. Ей представлялась жуткая картина: затаившийся среди одиноких стен киллер, обнаружив ее, выплевывает сигарету, бережно берет в руки снайперскую винтовку, нежно прижимается к прикладу и целится в нее. Она мысленно видела, как ствол ружья плавно перемещается, сопровождая ее. Наступает решающая секунда, киллер пальцем обнимает курок, вот-вот грянет выстрел. В этот момент спина Валентины холодела. «От пули не убежишь», —тут с горечью заключала она. Но и в данном месте обходилось без трагедии.
Ближе к дому внимание переключалось на пустырь. Теплилась надежда на то, что все-таки докричится до Вадима в случае коварного посягательства на ее жизнь. Воображала, что он вначале зычно отзовется на ее душераздирающий крик, типа: «Я здесь, я слышу. Он еще пожалеет, с кем связался!» Затем, издавая львиный рык, пулей выбежит ей на выручку со сжатыми кулаками (а как по-иному, если нет оружия?) и набросится на разбойника. Как настоящий мачо, начнет молотить, сокрушит в пух и прах. Детали расправы не увидит, ибо, как слабая женщина, закроет глаза руками. Ну, как в кинофильмах.
Валентина, как правило, целехонькой достигала конечного пункта. Тем не менее радости не ощущала у родных ворот: опасалась собак. Стараясь не производить шума, осторожно открывала калитку, затаив дыхание, переступала порог, прислушивалась к тишине, только потом, резко толкнув ногой назад дверцу, стремительно срывалась с места и устремлялась к дому. Боязнь собак была вполне обоснованной: животные всегда взирали на нее так, как будто видят в первый раз.
(На самом деле Ромео и Джульетта к появлению Валентины относились с безразличием, но в сознании у них возникало нечто подобное человеческому слову, а именно: «Приперлась».)
Наутро Валентина посмеивалась над своими страхами. В маленьком городке уличная преступность была практически сведена к нулю. Однако против инстинкта самосохранения не попрешь – ночью крохотная милая мышка чудится огромной омерзительной крысой.
…Валентина на рандеву с Вадимом шла в мажорном настроении. Во всех сценах, которые мыслились ей, она в решительной манере отстаивала свою точку зрения. Убеждала, что, третируя ее, он тем самым оскорбляет себя, так как оба они являются носителями единого образа Божьего. Вадим каялся и просил прощения.
Предвкушая торжество, Валентина веселым взором оглядывала любимые пальмы. Заметила, как легкие дуновения ветра покачивали крупные листья. «Добрая примета, словно читают мои мысли, сулят мне успех», – радовалась в душе.
Она вышла к шумной магистрали, поднялась на тротуар. За парапетом ночная черная бездна в ясный день перевоплощалась в красочный пейзаж. Отлогий склон возвышенности, покрытый густой яркой зеленью, к низу невидимым вертикальным срезом погружался в морские воды. Необъятное синее море уходило прочь от него, спешило соприкоснуться с небом.
Валентина залюбовалась чудным обзором. Вдали, у горизонта она обнаружила маленькое судно. Оно отливало багрянцем в лучах заходящего солнца. Казалось, что достаточно протянуть руку для того, чтобы взять сверкающую вещицу. Она посмотрела на солнце. Багровый шар плавно, как бы нехотя, окунался в великое Срединное море. «Скоро там, на другом конце земли люди встретят новый день. Он обязательно принесет им удачу», – подумала она. Удача и ее ждет.
Она не торопилась, продлевала приятное ожидание. Внезапно перед ней затормозил шикарный лимузин. Из него вышел высокий, хорошо сложенный брюнет в шортах и синей майке с красочным лейблом. «Красивый парень», – промелькнуло в голове у нее. Незнакомец обворожительно улыбнулся и заговорил на английском языке:
