Все хором дали положительный ответ. Другого и быть не может. Если кому-то и станет плохо, то этого могут и не услышать. Лишь в очень редком (и лучшем) случае, если кому-то действительно плохо и услышан другой ответ, то несчастного просто посадят на скамейку. И то это будет ненадолго, только на разминку и часть специально-беговых упражнений. Альбиносу не понравилось, что его подруга промолчала. Он подумал пару минут и решил сам подойти к преподавательнице, выйдя из строя.
– Что такое? – спросила та.
– Тут такое дело… Марина… Она себя плохо чувствует… – замялся Мишель. Вся уверенность куда-то сразу же пропала. – Она ещё на первом уроке выглядела неважно, а сейчас тем более.
– Не нужно говорить за других. У неё есть свой язык. Я спросила всех. Она ничего не ответила, – упёрла руки в боки женщина. – А сейчас вернись в строй.
«Она же сама не скажет, так как упрямая, словно осёл, – подумал юноша. – Вслух сказать такое она не могла, да и в таком хоре не услышишь, если кто-то скажет иначе. Это же невооруженным глазом видно, что с ней что-то сегодня не так». Все уже к этому моменту остановились. Учительница сказала растянуться по всему периметру зала и назначила двух человек, которые должны были провести разминку на оставшиеся группы мышц. После этого она ушла в свой кабинет, что находился в самом спортзале.
Наклоны туловища. Громкий счёт девичьего голоса. Марина делала упражнения раз через раз. Она пошатывалась. В глазах окончательно потемнело. Девушка с глухим звуком падающего мешка с картошкой свалилась на пол. Все замерли. Растерянность окутала присутствующих в зале. Никто не ожидал, что Марина потеряет сознание. Мишель тут же рванул к подруге, так как остальные тупо столпились вокруг и явно не собирались помогать. Одна девочка всё же догадалась побежать за учительницей. Альбинос же тряс Марину за плечи и несильно хлопал по щекам.
Прибежала учительница. Она разогнала всех, чтобы отошли от бедолаги, и попросила юношу сходить к медсестре и попросить у неё нашатырь. Мишелю не хотелось оставлять подругу в таком состоянии. Но делать нечего. Пришлось бежать на первый этаж.
Медсестры на месте не было, а медкабинет был закрыт. Мишель запаниковал и судорожно пытался придумать, что теперь делать. Его начало трясти сильнее. К нему подошёл охранник. Он поинтересовался у юноши, что произошло. Альбинос вкратце рассказал, в чём дело. Мужчина задумался на пару минут и посоветовал пойти к Оксане Юрьевне, единственной учительнице технологии во всей школе, а по совместительству их классной руководительнице. Мишель не хотел к ней идти, так как она будет больше других донимать расспросами – больше, чем кто-то другой. Но и в этот раз у него не было выбора. На ватных ногах альбинос поплёлся на второй этаж.
У Оксаны Юрьевны в этот момент шёл урок. Девочки и мальчики были на некоем подобии кухни: две плиты, столы, раковина и шкаф с посудой. Они готовили салаты. Учительница же в этот момент поливала рассаду в пластиковых стаканчиках. Уже совсем скоро её класс и другие ребята, которых за ней закрепят, будут высаживать на школьных клумбах цветы, поливать их (а точнее – заливать до самых настоящих луж и ручьёв).
– Оксана Юрьевна, похоже, это к вам пришли, – проговорил один из мальчиков, выходя в коридор.
Мишель зашёл на «кухню». Женщина отвлеклась от своего занятия. Она поставила железный чайник на подоконник и пошла посмотреть, кто там к ней пришёл. Преподавательница нахмурилась, увидев альбиноса.
– Что у вас опять там случилось? – строго спросила та.
– Нам нужен нашатырь, – жалостливым голосом проговорил Мишель. Его голос дрожал, а в глазах заблестели слёзы. Он уже не мог больше сдерживать эмоций из-за сильных переживаний. – Ей… Она потеряла сознание! Я говорил Марине, чтобы сходила к медсестре! А она… И медсестры тоже нет…
– Мишель, успокойся, – проговорила Оксана Юрьевна. Женщина удивилась этой новости, а ещё больше её удивило состояние юноши. Она усадила его за свой стол и принесла стакан воды. – Посиди здесь и успокойся. С Мариной всё будет хорошо.
Мишель судорожно пил воду. Его плечи вздрагивали от слёз. Успокоиться ему было очень трудно. Учительница нашла аптечку. Она погладила своего ученика и убежала в спортивный зал. Альбинос не мог долго сидеть. Он допил воду и, оставив стакан на столе, ушёл в спортзал Марина в этот момент только начала приходить в себя. Нашатырь не понадобился. Ноги её лежали на матах, а на лбу была влажная салфетка. Перед глазами всё плыло, а голова гудела. Марина поднялась на локтях и помассировала веки. Салфетка упала со лба на грудь. Девушку подхватили за плечи, подняли и довели до лавочки.
– Как твоё самочувствие? Голова кружится? Ты хоть ела сегодня? – спросила учительница, садясь рядом с Мариной. – Ну и напугала ты меня! Почему ты не сказала мне, что плохо себя чувствуешь? Тебя же за это никто бы не отругал.