Хозяева гостеприимной виллы гостье выдали женское платье, а оно на редкость неудобно в бегах. И вообще — в опасности.
А вот кое-кто другой уже успел переодеться. И даже переобуться. Где-то и когда-то.
— Белла, тебе удалось ускользнуть? — бывшая фальшивая принцесса будто сама в это не верит.
— Да. И меня вот-вот хватятся. Я же пошла за водой. Правда, предполагается, что не за морской.
— Да уж. Принцессы теперь бегают по воду.
— Остальные со мной — тоже не простолюдинки… — Арабелла осеклась. Но, может, поздновато.
Не много ли она говорит? На чьей стороне Изабелла
Легкая рябь бежит по темной воде, исчезает в ночи. Лунная дорожка — слишком узка. А природа не наградила Арабеллу ночным зрением. Она ведь не Дитя Ночи. И не столь же бессмертный… не-живущий матрос с Проклятой Галеры. Галеаса.
— Я тоже сбежала от похитителей.
И это явно было трудней, чем от двух женщин.
Изабелла чуть дрогнула — от ночного холода, страха или волнения. Темная длинная тень колыхнулась по темной воде, так же исчезая во тьме. За гранью лунных бликов.
— Кто эти люди, Иза? Чего они хотят? Тебе удалось узнать?
— Да, они говорили при мне. Нормальные люди — на самом-то деле. И ничего плохого нам не хотят. Только помочь.
— Нормальные люди в ночи внезапно нападают на чужой дом и уводят пленных?
— Вот именно — уводят. Они же никого не убили. Белла, а вдруг они правда хотят нам помочь? Но наш упрямый виконт Витольд Тервилль отказался даже с ними разговаривать. Не ожидала от него такой доверчивости к мидантийскому герцогу.
А кому здесь вообще можно доверять? Почему одним — больше, чем другим? Чем ночные, вооруженные тати предпочтительнее хлебосольных, гостеприимных хозяев?
— Ты сказала, что сбежала от них, — напомнила Арабелла.
— Да, сбежала. Но всё равно хорошо, что мы сначала попали к ним. Теперь, когда освободим остальных, мидантийцы с вашей виллы сочтут нас всех погибшими. И не станут искать. Кроме того, никто уже не догадается, кто мы. Кто
— А кто я? — пожала плечами Белла. — Мы с тобой обе знатного происхождения. Чем мое происхождение так уж важно? Мидантия не помогла моему дяде, если ты об этом. Значит, то, что я — племянница правящего короля, ничего не значит.
— При чём здесь твой дядя? — поморщилась Изабелла. Отблески лунного серпа будто кривят ее лицо. Превращают родственницу покойного правителя Мэнда в кого-то совсем незнакомого. — И при чём — Аравинт? Ты — законная наследница престола Мидантии.
— Иза, я никогда на него не претендовала. Даже на Золотой Престол Эвитана у меня прав больше.
— Ничего подобного. Твою мать объявили бастардом уже давно. Плодом греха одного из эвитанских герцогов. И это клеймо с нее не снято и сейчас. А вот твой отец был законным сыном своих родителей. Последним из Зордесов. Этого не оспаривали даже его враги.
— Потому что кого это интересует, Иза? Мой отец никогда не пытался вернуть свои права. У него не было армии. И никто его не поддержал бы. Ни в Мидантии, ни в Эвитане. Узурпатора Иоанна Паука короновал сам Патриарх. Мидантия уважает только силу и золото.
— Зато у похитителей всё это есть… — теперь уже осеклась Изабелла. Рябь бежит по воду, рябь скользнула по лицу.
— Иза, ты сбежала от них или нет? — пристальнее глянула в глаза подруге Арабелла. Подруге ли?
— Сбежала. А теперь нам лучше отправиться в более надежное убежище. Я его уже успела присмотреть. Если тебя начнут искать, из тебя сейчас боец не лучший. А толком Силой ты пользоваться еще не научилась.
— И вряд ли научусь. Я и с Галеасом-то едва справлялась.
Только с помощью Вита и баронессы Керли. Вита, что сейчас в плену у ночных похитителей!
— Жаль, — почти бесстрастно проронила Изабелла. — Сейчас бы это пригодилось. Идем.
— Куда?
— Послушай, Арабелла, верь мне. Если бы я хотела тебя предать — явилась бы не одна, тебе не кажется? Разве мы мало пережили — все вместе? Ты, я, Витольд Тервилль, остальные? Кому еще мы должны теперь верить в чужой стране, если не друг другу?
— Ты права. Мы — изгнанники на вражеской территории. У тебя уже есть план?
— Да. Как раз додумала, пока тебя под луной ждала. А пока мы идем туда, где можно отсидеться, могу рассказать, что узнала от наших мидантийских похитителей.
Кривой серебристый серп будто еще ниже спустился с чернильных небес. Вот-вот угрожающе обрушится.
На них всех. Но начнет с двух живых теней на побережье. С тех, кто ближе всего.
И ночной холод разом пробрал мокрые ноги. Хоть обратно в теплую воду забегай.
Странно, дома Белла часто купалась ночами и никогда не мерзла. Ни в Вальданэ, ни в Аравинте.
Может, потому что знала: теплый плащ и подогретое вино близко? Легко добежать.
— Послушай, Арабелла. Я понимаю, ты устала. Но нельзя верить тем, кто сегодня оказал нам приют. Они там поголовно — верные слуги нынешнего императора. Этот юный герцог получил титул из рук нового правителя. В девятнадцать лет. После внезапной смерти дяди, а тот был сторонником императора предыдущего.
— Думаешь, предыдущий был лучше?
