Вещь. Империя Терон полностью

Повозка быстро нашлась. Один ее борт был разбит, второй — обуглен, но колеса и оси не пострадали. О лошади не приходилось и мечтать, но осел, крутивший ворот поднимающего из-под земли воду винта, вполне подошел. Животное волновалось, явно обрадовалось эльфу и с удовольствием вышло на улицу. Осла не пугали ни пепел, ни разгромленные дома, ни даже трупы. Зато растревожили ссорящиеся эльфы. Осел нервно переминался с ноги на ногу, цокая по плитке, норовя утащить повозку, пока Нальяс и воин укладывали на нее Ардира. Магистр, к вящему раздражению грязно ругнувшегося воина, посчитал ниже своего достоинства даже подержать осла.

— Будьте осторожны. Удачи, — пожелал Нальяс.

— Вы разве не едете с нами? — нахмурился воин.

— Нет, — покачал головой юноша. — У господина Левьиса достаточный для защиты резерв, а после атаки драконов у ратуши много раненых. Я постараюсь прикрыть их. Чтобы они тоже смогли уйти.

— Неплохой план, — хмуро согласился магистр. — Прощайте.

С этим словами старейшина гильдии хлопнул осла по спине. Повозка скорбно заскрипела, воин махнул юноше на прощание рукой, на пальце блеснуло кольцо. Только тогда Нальяс вспомнил о розданных самоцветах.

— Отдайте мне, пожалуйста, камни, — его уверенный тон так подействовал на воина, что тот без вопросов отдал свой сердолик.

— Зачем еще? — насторожился Левьис. — У вас же нет артефакта. Теперь это просто драгоценности. В трудное время отдавать их глупо!

Воин, уже вытащивший из кармана Императора голубой топаз, сжал камень в руке.

— Если артефакт все же удастся заставить работать правильно, можно будет закрыть поток, — стараясь не сорваться, пояснил Нальяс. Постоянное противодействие и придирки магистра постепенно превращали раздражение в ядовитую злость. — Не лишайте меня возможности хотя бы попытаться спасти город.

— Аррос потерян, — хмыкнул Левьис. — Пора бы понять.

— Отдайте камень, прошу, — протянув раскрытую ладонь, выдохнул Нальяс.

— Нет, — издевательски усмехнулся старейшина.

— Отдайте, — успокаивающе сказал воин. — Дайте парню шанс уменьшить ущерб. Камни и в тяжелые времена несъедобные.

С этими словами он вложил в ладонь юноши голубой топаз. Левьис нахмурился, выпятил нижнюю челюсть, сложил руки на груди и неотрывно смотрел на блестящий в руке молодого эльфа камень.

— Ладно, — решил он наконец и с очевидной неохотой расстался с янтарем.

— Благодарю, — облегчения от того, что смог собрать все оставшиеся камни, Нальяс не испытывал. Неприятное предчувствие, что самоцветы ничем не помогут усиливалось с каждой минутой.

Провожая повозку взглядом, юноша обдумывал дальнейшие шаги. Искать лорда Старенса он считал опасным и бесперспективным занятием. Веры в то, что четыре добровольно переданных камня смогут стабилизировать артефакт, у юноши не было. Как и желания пробиваться сквозь щиты, объясняться с воинами-ящерами.

Поэтому Нальяс решил вернуться к ратуше. Что бы ни говорил о нем и его даре лорд Старенс, юноша не думал, что способен быть лидером. Даже предположение, что он мог со временем стать новым Пророком, не укладывалась в голове. Но предупредить жителей, рассказать о скорой смерти императора было необходимо.

Раскрошив ратушу и лечебницу, белый дракон принялся за другие дома. Он упивался местью, своей властью и бессилием жителей. Площадь утопала в дыму и пыли. Смрад сгоревшей плоти, крики бегущих и стоны раненых, истошное ржание перепуганной лошади, грохот летящей с крыш черепицы превращали действительность в кошмар, который раньше невозможно было вообразить. Нальяс спрятался за обломком стены, и наблюдал за огромным ящером, пустившим струю пламени в дом сквозь процарапанную крышу. Дракон злорадно рассмеялся, увидев языки огня, вырывающиеся из окон. Неожиданно он замер, настороженно и удивленно глядя в сторону замка. Нальяс оглянулся.

Из замка улетали драконы. Среди них были бескрылые, что, казалось, больше всего поразило белого ящера. Он взмыл в воздух, толчком лап разрушив часть горящего здания, и полетел к замку.

Окруженная постепенно рассеивающимися магическими заслонами площадь была пуста. Придворные маги были перебиты. Военные, способные взять на себя командование или хоть какое-то руководство в сложившейся ситуации, погибли, когда Талаас с друзьями освобождал пленного. Даже не увидев ни одного трупа, Нальяс знал это так же четко, как свое собственное имя.

Пепел, словно серый снег, прикрывал тонким слоем борозды от когтей и черные следы огня. Горожане сбежали из ближайших домов, едва на площади появились драконы. Другие арросцы покидали свои дома спешно, не оглядываясь, лишь бы не стать добычей разъяренного ящера.

Сообщать о провале переговоров, о скорой смерти императора Ардира было некому.