– Так точно, – Паку было вовсе не весело, но игру он с готовностью поддержал, отдал мне честь и улетел.
А я побрела дальше, стараясь не шлепнуться на разъезжающихся на притоптанном снегу каблуках.
– Злодеюшка наша! – приветствовал меня нестройный хор голосов. – Королева наша королевская. А мы тебе вот – подарочек притащили.
Слон меня помнил. Он испугался моего приближения еще больше, чем снующих вокруг него злыдней. Я строевым шагом подошла к животине и заглянула в мутный серый глаз:
– Спокойно, здоровяк, тетя Даша тебя не обидит, она сегодня не будет больше превращаться в птицу, она совсем-совсем безопасная.
Горло сжал спазм правильного голоса, и я продолжала говорить:
– Ну, ну, дурашка, постой, послушай. За высокими горами, за дремучими лесами…
Я положила ладонь на горячий слоновий бок, бок мелко вздрагивал, я провела пальцами по уху, потом ухватилась за бивень:
– Послушай, большой мальчик, ты сейчас пойдешь домой, в цирк, там тебя встретят знакомые люди. Они тебя помоют, накормят вкусной едой, укроют попонкой. У тебя же есть попонка, в которую тебя укутывают, чтоб ты не замерз?
Огромная слоновья башка явственно мне кивнула.
– Иди, мой хороший, мой красивый мальчик.
Я разжала руки и подтолкнула бок:
– А я к тебе на представление обязательно приду и хлопать буду громче всех. Хорошо?
Слон осторожно попятился, как будто прислушиваясь к чему-то, поводил башкой из стороны в сторону, потом поднял хобот и затрубил.
Я хлопнула в ладоши, слон уверенно посеменил в выбранном направлении. Я смотрела ему вслед. Если я не ошибаюсь, а я не ошибаюсь, потому что в облике вещей птицы изучила городскую топографию, до цирка он дойдет через окраины минут за сорок.
Я выловила за шкирку ближайшего злыдня:
– Имя?
– Ортодонт, – отрапортовала малявка.
– Возьми десятка два своих ребят и проводите животное до его дома. Все понял? Исполнять!
– А за наградами когда, королевишна?
– Второго января, в офис ко мне придете. Знаешь, где это?
– Так точно!
– Тогда иди!
Когда суматоха слегка улеглась и выбранные методом тайного голосования члены сопроводительного отряда гуськом ушли в темноту, я повернулась к оставшимся злыдням:
– А вы, ребятушки, в зал проходите. Там еды и питья на всех хватит.
– Как можно, королевишна, – всплеснул руками один из подданных. – Там же небось у тебя приличные люди собрались. Никак невозможно, чтоб мы…
– Это мой праздник, – перебила я его. – И только я могу решать, кого на него позову. Идите, старайтесь не шалить и не портить чужого имущества. А послезавтра мы решим, к какому делу вас пристроить.
Злыдни, сначала неуверенно, негромко переругиваясь, пошли к главному входу.
– И спасибо вам! – громко крикнула я. – Спасибо, что нашли мне слона!
Честно говоря, только вот такие бытовые мелочи позволяли мне сейчас не сорваться. У меня были какие-то задачи, которые я должна была последовательно выполнять, как робот по имени Даша. Были люди, за которых я была ответственна. Больше мне ничего не требовалось, чтоб чувствовать себя хоть немножко живой. О том, что я буду делать завтра, когда суматоха уляжется и я больше не смогу отмахнуться от друзей и должна буду все всем рассказать, я старалась не думать. А уж самую страшную мысль о том, что я буду говорить лягушке Маше, я вообще задвинула в самый темный угол сознания. Потому что страшила она меня больше всех остальных.
В зале было шумно и немного тянуло табачным дымком. Видимо, кто-то из гостей, людей, а не фейри, для которых табачный дым был неприятен и оскорбителен, тайком покуривал в туалетах.
– А когда же мы будем резать торт? – остановил меня у входа пьяненький и абсолютно мне незнакомый мужчина.
– Когда пожелаете, – легко ответила я.
– Может сейчас?
– Действуйте, – разрешила я. – Кусочек мне оставьте, – и стала пробираться в толпе, пытаясь разыскать маму. Родительница обнаружилась за столиком в одной из лож в окружении молодых, немолодых и совсем уж дряхлых представителей противоположного пола и разнообразных рас.
– Даша! – завидев меня, мама возбужденно махала руками. – Тебя-то я и ищу!
Я не стала объяснять, что искала как раз я, а вежливо кивнув ее соседям, склонилась к розовому ушку:
– Тебе весело? Все хорошо?
Маргарита Аркадьевна лучезарно улыбнулась и быстро зашептала в ответ:
– Быстрее спаси меня от этих чудаков. Скажи, тебе что-нибудь в платье поправить надо, – она запнулась, заметив костюм строгой училки, и громко продолжила. – К сожалению, мне придется вас покинуть, господа, дочери нужна моя помощь.
Она взяла меня под руку.
– Отведи меня в какое-нибудь тихое местечко, я устала ужасно, не те годы, чтоб флиртовать ночь напролет.
Я улыбнулась и повела маму к служебному входу:
– В директорском кабинете сейчас никого нет. Хочешь там отдохнуть?
– Было бы неплохо. А Ларс не будет возражать?
– Не будет, – просто ответила я. – Он сейчас против чего угодно не будет возражать.
Мы вошли в служебный коридор. Здесь было потише. Мама замешкалась, потом потянула меня за локоть, побуждая остановиться.
