- Ох, устал я, сударыни!..- дурашливо воскликнул он и повалился на ближайший стул. А как только мы все, втроем, повернулись к нему, Николай… исчез. Я едва успел заметить, как он перед этим коснулся левой рукой правого запястья.
Кошкина пробормотала какое-то слово, которого я не расслышал.
Минуты через две Николай снова сидел на стуле. В руке у Николая был букетик цветов. На плечах бле-стели капли воды, и он смахнул их ладонью. Потом сказал небрежно:
- Ну и дожди же бывают в Сибири.
- Коля, перестань! - вскрикнула Кошкина.- На меня твои шутки не действуют.
Он поднялся и протянул ей цветы:
- Прости, моя госпожа! Но очень нужно было. Для науки. Правда.
Кошкина оставалась неумолимой:
- Я вся извелась! Разве так можно? А Клер, она в чем виновата?..
Такие сцены, как известно, могут продолжаться до бесконечности. Я решил вмешаться:
- Давайте лучше мирно поужинаем. При свечах.
И был просто счастлив, когда Клер сразу поддержала меня:
- Давайте! Я захватила с Луны бутерброды…
Клер подняла наш саквояж и стала рыться в нем.
Кошкина, похоже, сменила гнев на милость и приняла цветы. Николай сразу прямо расплылся в блаженной улыбке.
Казалось, нам предстоит чудесный вечер. Я уселся поудобнее и закурил трубку. Это было так приятно после острых приключений… Я даже не сразу обратил внимание на тихий стук в дверь.
Все замерли: Николай, Кошкина с цветами у зеркала, Клер с саквояжем в руках.
- Так…- прошептала Кошкина.
Стук повторился, уже громче.
- Что будем делать? - растерянно вымолвила Клер.
- Войдите! - громко произнес Николай, решительно вставая со стула и распахивая дверь.
Мы увидели человека низенького роста, аккуратно одетого, с неуверенным выражением мятого, детского лица. В глазах его было откровенно написано, что он предпочел бы заниматься чем угодно, только не этим, еще не известным нам, делом. На пухлых щечках медленно угасали следы холода.
- Ваше высокоблагородие,- с почтением обратился человечек к Николаю Кошкину,- и вы, милостивый государь и государыни,- забормотал он далее, прижимая обеими руками к груди свою шапку,- нижайше прошу извинить за столь беспардонное вторжение в неурочный час, однако обстоятельства нашей с его высокоблагородием службы…
Я с трудом вникал в эти странные для меня обороты речи.
- Господа,- прервал его Николай.- Позвольте представить вам помощника столоначальника губернского правления, канцелярского служителя Елисферия Степановича Мигалева.- Человечек низко поклонился, все так же прижимая шапку к груди.- Моя супруга,- сказал Николай. Кошкина небрежно кивнула.- Наши гости, французские путешественники, прибывшие в Сибирь из дальних стран.
Человечек поворотился к нам.
- Бонжур,- проговорила Клер.
Я поклонился.
- Чем могу служить? - спросил Николай.
- Видите ли…- замялся Мигалев.- Мм… Мне поручено…
Кошкин тем временем прошептал мне в ухо:
- Ничего страшного, Фревиль. Вид у вас вполне подходящий. Это мелкая сошка, не тайный агент и не сыщик. Все в порядке.
Это совершенно успокоило меня. Однако уже через минуту мы слушали Мигалева более чем внимательно.
- Мне, видите ли, господа, поручено,- продолжал старательно бормотать он,- предупредить вас, как и всех благонамеренных жителей города Иркутска, о чрезвычайном событии.- Человечек перевел дух,- В нашем городе замечен преступник, о котором вы, наверное, слышали. Он представляет большую опасность.
- Что же это за преступник такой? -с некоторой угрозой в голосе спросила Кошкина. При этом у всех у нас, по-видимому, мелькнуло в головах одно и то же.
Николай нервным жестом поправил очки.
- Губернское правление,- пробормотал Мигалев,- занялось этим происшествием по распоряжению его превосходительства…
- Губернатора, значит,- пояснил Николай для Клер и для меня.
- Правление принимает все усилия,- продолжал Мигалев старательно заготовленную речь,- чтобы схватить и примерно наказать преступника. Мы просим горожан не волноваться, но и, в то же время, иметь в виду собственную защиту от него, а также и содействие властям в задержании. Этот преступник - зерентуйский возмутитель.
- Проклятье,- выругалась в этот момент Клер. Она уронила бутерброд на скатерть.- Само собой,- добавила Клер,-маслом вниз!
Я вынул трубку изо рта и сразу вставил ее обратно.
- И что же вы,- неосторожно спросил Николай,- предпринимаете для поимки столь опасного преступника?
Чиновник оживился.
- О, мы выставили посты на тракте… А также во всех значительных местах… Ну, а сейчас вот я с жандармским унтер-офицером Замараевым и его людьми объезжаем горожан, чтобы сделать необходимые объявления… Да вот и он,- закончил чиновник, и в дверях возникла внушительная фигура человека в форме.
- Господа! - гаркнула фигура.- К вашим услугам! Унтер-офицер Замараев!
- Весьма рады,- сдержанно процедила Кошкина. Николай что-то хмыкнул. Мы с Клер не знали, как быть.
- Господин Замараев,- продолжал маленький чиновник,- имеет поручение его высокопревосходительства изловить возмутителя. Господин Замараев был в Зерентуе в тот злосчастный день и знает опасного преступника, в лицо.
