Такси покатило по дороге. Тарахтело оно просто невыносимо. Я заметил, что водитель то и дело посматривает на нас в зеркальце, которое было прикреплено перед ним. Остановившись у светофора, сделанного в старинном стиле, водитель обернулся ко мне, протянул руку, зачем-то пощупал мою куртку и вдруг произнес:
- Фирма?
Я понятия не имел, как надо на это реагировать. Поэтому счел за лучшее промолчать. Водителя, мне показалось, это обидело.
Резко тронув такси с места, он спросил:
- Ну, так куда едем-то?
Клер старательно выговорила по-русски:
- Пожалуйста, в космопорт.
К нашему огромному удивлению, водитель вдруг затормозил, да так, что нас просто бросило вперед.
- А ну, вылазьте,- приказал водитель, поворачиваясь и распахивая нашу дверь.- Да поживее!
Нам пришлось повиноваться. Мы вылезли прямо на дорогу с нашим несчастным саквояжем, ничего не понимая.
Водитель высунулся в окно:
- Налижутся и чудят, чудят!..
Затем он рванул с места, и только дым остался на дороге. Мы с Клер переглянулись. Произошла какая-то ошибка, но какая - мы не знали. Мы только остро почувствовали свою заброшенность во времени и в пространстве… Я потянулся к карману, теперь хоть карман был на месте, и привычно достал таблетку. Величина дельта Е у меня, значит, возвращалась к прежнему значению. Опять таблетки! - подумал я.
- Что будем делать? - спросила Клер.
- Не представляю себе,- признался я шепотом.- Абсолютно.
Мы нашли скамейку, сели на нее и задремали. Это было все, что мы могли сделать. Давала знать о себе усталость, горело плечо и кружилась голова, во всем была полная неопределенность. Я принялся, по совету доктора, опять следить за пульсом…
Проснулись мы оттого, что упали со скамейки. Клер, видно, опустилась как-то мягко, потому что свернулась калачиком и уснула снова. Я же ударился головой и сел, сразу очнувшись; принялся озираться вокруг.
Результаты осмотра оказались ошеломляющими.
Во-первых, я не обнаружил поблизости никакой скамейки, что само по себе было поразительно. Во-вторых, я увидел, что кругом вообще произошли большие изменения.
Над нами летели в разных направлениях ярко освещенные изнутри вертолеты и глайдеры. И где-то рядом и внизу шумели улицы, они были именно где-то рядом и внизу… Я встал, сделал, шатаясь, несколько шагов и уперся в решетку ограждения. Заглянул вниз. Мы с Клер оказались на верхней площадке высотного здания, оборудованной для посадки вертолетов,- вот что произошло.
Видимо, Кошкина занялась нами. Но решила отправить нас в наше время. Почему? Что там у них происходило? Об этом можно было только гадать.
Я подождал еще. Может быть, Кошкина передумает? Или что-то там у нее заело в браслете, и она сейчас исправит? А может, это у меня уже высшая температура и бред?
Но нет, ничто не менялось. Я доплелся до стойки управления и вызвал такси. Потом отправился будить Клер.
Мы полетели в космопорт и оттуда - домой.
Пирке еще больше высох за то время, что я его не видел. Сейчас передо мной в вертящемся кресле сидел прямо-таки воробушек. Не то болезнь, не то годы сделали свое дело, а может, и эта его хлопотная должность.
Я стоял перед ним, я ходил перед ним из угла в угол его кабинета, я готов был хоть валяться у него в ногах. Воробушек вздыхал, глядя на меня, ерзал в своем кресле и поворачивался вместе с ним, если я исчезал из поля зрения. Я умолял Пиркса выпустить меня с Луны; при этом я понимал, на что его толкаю; но ведь обстоятельства были таковы, что лететь требовалось обязательно!
- Значит, все-таки что-то случилось,- заключил Пиркс.
- Да,- подтвердил я. Темнить было бесполезно.- Случилось, теперь уже точно, что случилось.
- Рассказать не хочешь?
- Пока просто не могу.
Пирке посидел, почесал переносицу.
- У меня тут рапортичка была третьего дня: носилки подавали к ракете для прибывшего пассажира Фревиля,- сказал он как бы между прочим.
Я промолчал.
- Ну? - спросил Пиркс.
- Да,- ответил я.
- Так в чем все-таки дело?
- В данный момент в том, что надо выручить человека из беды. Этого тебе достаточно?
- Этого,- сказал Пиркс,- мне достаточно.
Он подвинул к краю стола листок бумаги и ручку.
- Это еще что? - запротестовал я.
- Садись,- распорядился Пиркс.- Распишись внизу. Если тебя обнаружат, я напечатаю сверху твое заявление с просьбой принять тебя на работу к нам.
Я расписался.
