– Эми далеко не глупышка. Она прекрасно поняла, как мне неохота снова приниматься за старое. Но я убедила ее в том, что это моя последняя картина. Самая-самая последняя. Всего один портрет – и я никогда в жизни больше не притронусь к кистям. Конец фильма. Но потом я встретила тебя, и ты перевернул всю мою жизнь. Мой мир никогда не станет прежним. – Она скорчила суровую физиономию и уперлась ладошками ему в грудь. – Это ты во всем виноват, Скотт Элстром! Ты, ты, ты! Моя жизнь была четкой и распланированной, я твердо решила больше никого не рисовать и не рисовала, пока ты не примчался и не разрушил все, что можно. Явился, понимаешь, на мою вечеринку, и все! Прощай, спокойная жизнь! Привет безумным поступкам!
– Да каким там безумным поступкам? – Скотт удивленно посмотрел на нее.
– Сказать тебе, что я сделала? То же самое, что делал мой отец при острой нехватке денег. Заложила дом и все полученные деньги вложила в семейный бизнес Элстромов. И скажи мне теперь, кто в этом виноват!
Скотт несколько минут потрясенно молчал, уставившись на нее. Потом ему наконец удалось связать воедино все события.
– Так это была ты! Ты купила акции Трэвиса!
Он никак не мог поверить в происходящее. Слишком уж все это немыслимо. Но Тони улыбалась ему с таким гордым видом, что сомнений не оставалось.
– Ты заложила дом ради меня? С ума сойти! Никто никогда не делал мне таких щедрых подарков! Я даже не знаю, как мне тебя благодарить. Ведь ты купила не просто акции, ты купила…
– Твою свободу, – закончила за него Тони. – Я хотела избавить тебя от этой конкуренции. Не надо больше обращать внимания на Трэвиса. Делай, что хочешь, Скотт. Будь самим собой. Хочешь – отдай все акции Фрейе или вообще продай кому-нибудь и отправляйся путешествовать. Хочешь – объезди весь мир, ведь это намного лучше, чем сидеть склонившись над старыми справочниками. Теперь ты свободен, Скотт.
– Не могу поверить, ты сделала это ради меня.
Признаться, Тони немного боялась того, как этот независимый человек отреагирует на ее поступок. Теперь же, отбросив все страхи, она с гордостью смотрела ему в глаза.
– Ты знаешь, почему я это сделала. Я люблю тебя, Скотт Элстром, а любая женщина готова на все ради человека, которого она… – Тони погладила его по щеке. В глазах блестели слезы. – Я не могу забыть о том, что ты сказал. Это огромный риск. Я рискую моей жизнью, но и твоей тоже рискую. – Она вздохнула. Должно быть, он сейчас слышал громкий стук ее сердца. – Я не знаю, что будет с нами дальше, но абсолютно уверена, что всегда буду любить тебя, Скотт, где бы ты ни был. И если ты однажды решишь уйти – уходи, я не стану тебя задерживать. Просто делай все, что хочешь сам. Но я хочу быть с тобой. Любить тебя. Ждать тебя. Ты позволишь мне это?
Скотт молчал, неотрывно глядя на девушку. Тони нервно кусала губу и ждала. Вдруг все это окажется ошибкой и весь мир для нее разлетится прахом?
– Но ты же знаешь, я буду уезжать надолго. Может быть, на полгода, – сказал он наконец с тяжелым вздохом. Его голос был низким и ласковым.
– Может быть, и дольше. Но, значит, так суждено. Я полюбила не какого-нибудь менеджера, я полюбила тебя. Значит, должна полюбить и все твои недостатки. Принять тебя таким, какой ты есть. Именно так мы сможем быть вместе, а я хочу только этого. Я люблю тебя, Скотт, и для моей любви не важно, где ты, на Аляске или в Гималаях.
Скотт долго смотрел на нее, стараясь сохранить в памяти каждую черту любимого лица, и вздернутый нос, и огромные карие глаза, и выбившиеся пряди растрепанных волос, туго стянутых резинкой.
– Ты любишь меня и можешь вот так легко отпустить на все четыре стороны?
Она кивнула.
– Ведь это и есть любовь, так мне кажется. И пусть мое сердце станет твоим компасом на пути домой. Ты найдешь меня без карты. Пока есть люди, которым нужен портрет, я буду в Лондоне. И буду ждать тебя.
– Так странно. Хотя, возможно, я не привык быть любимым. И как ты сама прекрасно понимаешь, после предательства Алексы мне было нелегко снова поверить в любовь. Но так и есть. Я тоже люблю тебя. И не хочу, чтобы ты меня ждала.
Сердце Тони замерло где-то в горле. Она хотела что-то сказать, но Скотт закрыл ей рот рукой.
– Я не такой отважный, как ты. Я рискнул впустить любовь в свое сердце только сегодня утром, когда увидел портрет. Но зато сразу понял, что не смогу ни на секунду оставить женщину, которую так люблю. – Улыбаясь, он гладил ее щеки, по которым струились слезы. – Я люблю тебя слишком сильно, чтобы жить в разлуке с тобой. Ты нужна мне, Тони, нужна как воздух. Как ты отреагируешь, узнав, что я получил работу в Лондоне?
– Что-что? – Тони от удивления широко распахнула глаза.
– Фрейя созвала режиссеров со всего мира для съемок документального фильма. Твоя идея сработала, Тони. И превзошла все ожидания. Здание уже забронировано на весь этот год и большую часть следующего. Так что я вполне могу стать достопримечательностью этого места. Рассказывать о прошлом, ну и все такое прочее.
Скотт взял ее за руку. Его глаза горели энтузиазмом.
