Кажется, все шло, как задумано. Леона украдкой обернулась. У дверей «Говорливого гуся» стоял Альзо. Юноша помахал ей рукой, желая удачи.
Выкупить долг Жермона было прекрасной идеей. Сейчас Альзо расплатится за молчание и пойдет докладывать обо всем мадам Маделин. Бабушка будет довольна.
***
Колокола на маленькой церквушке в соседнем переулке пробили полночь. Андри тяжело вздохнул, набросил на плечи плащ и вышел в сырую весеннюю ночь. Чародей погасил зеленые фонари, которые всю ночь горели над входом в его пристанище и тщательно запер дверь.
Идти никуда не хотелось. Тем более, не хотелось снова встречаться с теми, кто называл себя Секретным Ковеном магов. Эти люди, которым ценой невероятных ухищрений удавалось выживать и сохранять свободу в условиях постоянной охоты на магов в Трезеньеле, были при этом абсолютно недальновидными и безрассудными. Каждый из них прекрасно умел прятаться, выживать и заметать следы. При этом у них не было ни целей, ни планов, ни какого-нибудь четкого руководства. Члены Ковена собирались вместе только для того, чтобы каждый из его представителей мог почувствовать поддержку со стороны себе подобных и убедиться, что он не одинок.
Во время их первого знакомства, когда Андри был молод и наивен, Секретный Ковен магов представлялся ему мощной организацией, способной организовать сопротивление Вечному Ордену. Юный чародей мечтал, что Секретный Ковен сможет объединить всех оставшихся в живых магов Каэрона и открыто выступить против поголовного истребления людей с магическими способностями, которым вот уже тысячу с лишним лет занимался Вечный Орден с благословения Церкви Единого.
Все оказалось совсем не так. Секретный Ковен собирался только для того, чтобы помечтать, как прекрасно было бы, если бы ситуация вдруг изменилась, магов перестали бояться и ненавидеть, Великий Магистр Вечного Ордена внезапно понял бы, что, убивая детей и закрывая взрослых магов в тюрьме, его рыцари поступают жестоко и несправедливо, и все нашли бы компромисс и зажили мирно и счастливо.
Дальше слов Ковен не шел. При малейшей опасности для жизни его представители предпочитали разбегаться по своим углам, прятаться и молиться, чтобы с их драгоценными жизнями ничего не случилось. Тех же, кому не повезло, провожали вздохом сожаления и тут же забывали о них. О том, чтобы спасти попавших в беду товарищей, речи не шло. Тут каждый был сам за себя.
Вначале Андри пытался как-то расшевелить товарищей по несчастью. Он предлагал организовать спасение коллег, находившихся в опасности, создать убежище, куда можно было бы спрятаться от возможного ареста, найти кого-то, кто смог бы тайно увозить магов за пределы столица или даже королевства, наладить связи с такими же магами, которые прятались в других городах.
К величайшему сожалению молодого мага, представители Ковена были запуганы так, что боялись собственной тени. Нашлись те, кто обвинил Андри в шпионаже в пользу Ордена и в попытке устроить провокацию. Большинство этому поверило. В результате Андри пришлось прятаться и от Ордена, и от своих же товарищей, желающих избавиться от провокатора и шпиона. Чародей был в какой-то степени даже благодарен ищейкам Ордена, которым тогда удалось выследить его и поймать. По крайней мере, рыцари не собирались его убивать.
Потом был очередной побег, потом — страшная тюрьма в Калагуррисе, в главной ставке Вечного Ордена, из которой Андри бежал четырежды. После последнего побега и неудачной попытки навестить семью, Андри вернулся в Трезеньель, но почти не поддерживал связи с Секретным Ковеном. Молодой маг изредка виделся с парой своих друзей, состоявших в нем, но общих собраний сторонился, отговариваясь количеством пациентов. На предстоящее собрание Андри согласился прийти, поддавшись на уговоры этой парочки, но до сих пор сомневался, не зря ли он это сделал.
Теперь, по прошествии нескольких лет, маг, хоть и до сих пор не одобрял своих товарищей из Ковена, но отлично их понимал и даже сочувствовал. На протяжении очень многих веков людей, обладающих магическими способностями, окружающие ненавидели и боялись. Очень часто родители сами отдавали своих детей, у которых проявлялись склонности к магии, рыцарям Ордена, которые методично и жестоко убивали их.
Был еще один путь: разыскать бродячего магистра — учителя магии — и отдать ребенка ему на обучение. Каждому своему ученику бродячий магистр по окончании обучения находил какого-нибудь влиятельного покровителя, таких знакомств у них было великое множество. Оказаться на службе при дворе знатного лорда означало стать его игрушкой и всю жизнь провести в золотой клетке, но многие приспосабливались. Это было лучшее, на что можно было надеяться, если ты, по несчастью, родился магом.
