В десять лет у Армана проявилась Скверна, как называли магические способности. Отец отправил сына в приорат Ордена в Шато-Де-Солиммар, где мальчик должен был стать вечным узником. Когда в Ордене сменился Великий магистр, он ужесточил условия содержания пленника. Последние пятнадцать лет своего заточения Арман провел закованным в одрикс, металл, который вызывал у магов помутнение рассудка и сильнейшую головную боль, в камере на самом верхнем этаже башни со свинцовой крышей. Несмотря на все мучения, Арман сумел остаться в здравом уме, не сломаться и не ожесточиться. Андри безгранично уважал его за это.
Андри прекрасно помнил, каким был Арман Де Грелль, когда они только познакомились: бледный, худой, с серыми пятнами на коже. Он быстро уставал и рассеянно смотрел вокруг, как будто не понимал, что с ним происходит. Чародей потратил немало времени и сил, чтобы помочь несчастному коллеге.
За то время, пока они не виделись, Арман стал выглядеть значительно лучше. Свинцовая серость почти исчезла с его лица, гнойники и язвы, покрывающие его, исчезли, губы порозовели, кожа приобрела нормальный оттенок, а сейчас, на весеннем солнце, даже легкий загар. Болезненная худоба прошла, и сейчас Арман выглядел стройным и подтянутым. Взгляд чародея тоже изменился: вместо затравленного, измученного постоянной головной болью и недомоганием страдальца перед Андри сидел спокойный здоровый человек.
Маг кинул быстрый взгляд других присутствующих. Всего на заброшенном складе собралось не более двух десятков человек. Некоторые старательно прятали лица под капюшонами, а тех, кто все-таки осмелился открыться, целитель не знал.
Чародей Орсэль прокашлялся, привлекая к себе внимание. Все шепотки, которыми до этого обменивались члены Ковена, мигом затихли. Все взгляды обратились к старому магу.
— Дорогие братья и сестры! — начал Верховный чародей тихим, но твердым голосом. — Я собрал вас здесь, чтобы сообщить вам хорошую новость. У нас наконец-то появилась настоящая надежда. Нашелся тот, кто совершенно искренне считает, что на протяжении многих веков с магами поступают несправедливо!
— И как это нам поможет? — усмехнулся Андри. Он уже начал жалеть, что потратил свое время на это сборище. Ничего не изменилось.
— Подожди, дай мэтру договорить! — одернул его кто-то из соседей.
Орсэль продолжал:
— На этот раз на нашей стороне высокопоставленное лицо! Со мной связался его представитель. Он просил дать ему сегодня слово. Прошу, говори, мэтр Оллорнас.
Из задних рядов вышел высокий темноглазый мужчина с очень смуглой кожей и жесткими иссиня-черными волосами. На вид Андри мог бы предположить, что этот парень — его ровесник. Он был одет как обычный, не слишком богатый горожанин — скромно и неброско, но удобно и практично.
При виде него среди чародеев послышался шепот: необычная для Трезенльеля внешность заинтересовала не только Андри. Парень спокойно улыбнулся и поднял вверх обе руки ладонями вперед, призывая к тишине.
— Меня зовут Оллорнас, — слегка поклонился незнакомый маг. — И я действительно представляю здесь одно очень высокопоставленное лицо, имя которого пока рано называть. Если я заручусь сегодня вашей поддержкой, я устрою глубокоуважаемому мэтру Орсэлю встречу с этим человеком, и уже после их разговора сам мэтр сможет открыть вам имя. Скажу только, что это высокопоставленное лицо жаждет восстановления справедливости по отношению к себе, и для этого ему нужна наша помощь. В свою очередь, получив с нашей помощью справедливость для себя, он даст справедливость и нам. Мы перестанем быть вне закона, получим свободу и возможность практиковать и изучать магию уже на законных основаниях.
Послышался восхищенный вздох. Но целитель не мог успокоиться:
— А какая помощь требуется от нас, он не сказал?
Оллорнас вздохнул:
— Мы должны решиться и выступить вместе с ним против королевской власти. Я понимаю, что вы сейчас скажете! Но послушайте… Мы же должны когда-то решиться! Перестать бояться и прятаться, и решительно поддержать того, кто действительно достоин. Разумеется, кто-то из нас погибнет. Возможно, многие. Но остальные, кто доживет до победы, получат то, к чему мы все так долго стремимся! Я ради этого готов пожертвовать собой, а вы?
Раздался одобрительный гул. Орсэль посмотрел на Оллорнаса и согласно кивнул:
— Значит, единогласно. На днях я встречусь с этим лицом и передам ему наше согласие.
Андри вскочил с места и развернулся к сидящим:
— Да что же это с вами происходит?! — горячо воскликнул он. — Почему вы не понимаете, что это ловушка? Нас пытаются вовлечь в заговор. Если заговор провалится, то всю вину свалят на магов, это же очевидно! А если все-таки переворот будет успешным, то где у нас гарантии, что тот, в чью пользу мы выступим, не казнит нас как организаторов? Ведь ему нужно будет представить народу хоть каких-то виновных и заодно избавиться от лишних свидетелей!
Но противник Андри не желал сдаваться. Оллорнас скрестил руки на груди:
