— Я не хочу ничего знать. Я сама сделаю тебе столько отверстий, столько ты захочешь. Но взамен ты обещаешь, что больше без меня наружные стены не трогаешь.
— Так я даже если захочу, то не смогу, бур отремонтировать надо. Или даже новый покупать, — вздохнула она.
— Слава богам. Договорились?
— Да, договорились. А когда ты отверстия сделаешь?
— Когда тебе надо, но только не сегодня.
— Хорошо. Тогда завтра. Утром.
— Хорошо.
— Я приду к восьми.
— Хорошо.
Агнесс развернулась и пошла к двери. И замерла на месте.
— Что это?!
— Где? — Весна посмотрела на стену. Там сидел Юрк и, кажется, кого-то доедал. — Ящерка моя. Очень полезная. Жрёт местную саранчу и прочую пакость.
Агнесс повернулась к ней, лицо её было бледным.
— Это не просто ящерка, это кровь от крови, плоть от плоти древних драконов. Откуда она у тебя?
— Подарили. А что?
— Как что? Её нельзя держать просто так! Только в клетках за семью замками! Ты знаешь, что такие ящеры одержимы золотом и драгоценностями и могут их притягивать даже сквозь стены?
— Что за бред? Глупость какая-то, — Весна кое-как поднялась и взяла Юрка в руки. — Это просто ящерица, смотри: она маленькая, желтенькая и без крыльев! Это никакой не древний дракон! Ты её с кем-то путаешь.
— Это ящерица — похититель драгоценностей, — отчеканила Агнесс, — и ей не место в этом доме.
— Что?
— Я не хочу, чтобы у моих клиенток пропадали украшения, когда они придут ко мне в ателье. Мне это не нужно.
— Ничего у твоих клиенток не пропадет, если ты только сама к этому руку не приложишь, — Весна посадила ящера на плечо и успокаивающе его погладила по спинке.
— Да? А что на это скажешь?
Агнесс вытащила из уха сережку, на которой алел рубин, и маняще покачала перед ящером.
Юрк одним глазом уставился на предложенное украшение, другим на Весну и замер. Агнесс поднесла серьгу ближе, дразняще раскачивая. Юрк наклонил голову и так, и этак, потом неожиданно выстрелил языком в сережку и чуть не проглотил её.
— Ай! — воскликнула Агнесс. К счастью для неё, серьгу она держала крепко, и смогла вырвать её у ящера.
Весна смотрела на это с ухмылкой.
— И что я должна сказать? — спросила она. — Следи за тем, чтобы твои клиентки не совали Юрку в рот украшения, и всё будет хорошо.
— Ты абсолютно не имеешь представления, что это за существо.
— Ох, это ящерица, — Весна закатила глаза, — обыкновенная песчаная ящерица, которых в Скалах тысячи. Или во всех них течет кровь драконов?
— Конкретно в этой. Смотри, какой у неё золотой отлив чешуи — это верный признак. У них в инстинктах собирать сокровищницу, тащить к себе в нору всё драгоценное. Разве ты не замечала в нем тягу к драгоценным камням?
— Ну, значит, и у моей тётушки кровь дракона в жилах, и у половины местных дам. Юрку просто нравятся блестяшки. Слушай, Агнесс, спасибо за то, что ты меня залечила, но ящерицу мою не трогай.
Чаровница сердито блеснула глазами.
Внезапно дверь распахнулась, и в комнату ввалились мальчишки:
— Госпожа Агнесс, там к вам пришли, вас спрашивают!
— Кто?
— Говорят, посылка.
Агнесс смерила Весну тяжёлым взглядом и направилась к выходу, брезгливо держа серьгу в вытянутой руке. Напоследок она повернулась к Весне и сказала:
— Разговор по поводу ящера не окончен. Меня не устраивает его наличие в доме.
Весна закатила глаза.
— И что ты хочешь, чтобы я сделала? Выкинула его на улицу?
— Зачем же так сурово? Можешь просто отдать его тому, кого больше всех не любишь. Уверяю, он обеспечит этому несчастному головную боль.
— Тогда мне его придется подарить тебе. Или… Нет, всё-таки тебе.
— Ты совсем не умеешь себя вести, из какой ты глуши? — фыркнула Агнесс и вышла.
— Я из Желтых Скал! — крикнула ей вслед Весна. — Ой, подожди! — держась за стену, она выглянула в коридор.
Агнесс уже спускалась по лестнице.
— Что еще?
— Могла бы ты никому не рассказывать о том, что здесь произошло? Если тётушка узнает, что у меня в руках бур взорвался, то не даст мне спокойно работать.
— Хм, звучит заманчиво.
— Но, Агнесс! Тебе и самой, наверное, не выгодно, чтобы кто-то прознал про взрывоопасные стены. Пусть это останется между нами.
Агнесс закатила глаза.
— С моими стенами всё в порядке, защитные чары не запрещены. Но, тем не менее, у меня нет никакого желания обсуждать что либо с твоими родственниками. Так что рассказывать про твой… “ремонт” я не собираюсь.
— Ну и отлично, — просияла Весна.
На следующее утро Весна бодро шла к своей мастерской. Она сильно проспала, поэтому спешила. Накануне так ничего поделать и не удалось, плохо себя чувствовала после падения. Да и бура у неё больше не было. Весна осмотрела инструмент: его корпус был разворочен так, словно в мясорубку попал и восстановлению не подлежал. Пришлось звонить папе и просить новый, да делать это так непринужденно, чтобы батюшка не стал всерьёз интересоваться преждевременной кончиной предыдущего.
