- Нет, не бери в голову, бежим! Они двигались медленнее нас, а значит, мы должны на них в скором времени выйти. Ты считал десятки шагов, что я помечал одуванчиками?
Марк кивнул и показал на пальцах десять, десять, еще десять, затем ещё, и ещё, пока Афин не остановил друга.
- Я всё понял, не продолжай… Ничего, у нас пять часов до рассвета, чтобы найти их, сделать то, что задумали и вернуться, до того, как в лагере все проснуться и заметят наше исчезновение.
- Согласен брат, - прервал себя мальчуган. – Не будем тратить силы на болтовню и побежим быстрее.
Но как бы сильно не было их желание отыскать вереницу пленных и конвой, ни через полчаса, ни через час непрерывного бега, им это не удалось. Вскоре ребята вовсе выбились из сил и перешли на рысь, всё больше сбавляя бег и отчаиваясь.
- Этого не может быть! Я прекрасно слышал от солдат, что это единственная дорога, - тяжело дыша, пыхтел Афин.
- И… и… Кажется я сдох, - упал он на землю спиной и устремил глаза в ночное звездное небо.
Затем распростер руки в стороны, как бы желая охватить ими весь Белый Свет.
- Наша Жизнь так коротка, а наш Мир так прекрасен. Так почему мы только и делаем, что куда-то спешим, торопимся, гонимся за наживой?! А ведь достаточно с минуту вот так остановиться, чтобы насладиться красотой окружающей нас Природы, - говорил тихо рыжий мышонок, приглашая брата присоединиться к нему.
Не в силах продолжать путь, мальчик присел рядом. Слушая друга, он в голове перебирал всё возможные варианты действий. Афин, тем временем, подобрав руки под голову и положив ногу на ногу, зажевал травинку и продолжил свои философские речи.
«Не подумай меня превратно Марк, я вовсе не сдаюсь. Да и ты даже не смей! Мы отыщем их, чего бы нам это не стоило.
А пока, пользуюсь минутным передыхом, хотел спросить тебя, задумывался ли ты когда-нибудь о смысле нашей Жизни?!
Понимаю, подобные мысли нам не по возрасту, но вдруг повзрослев, мы потеряем то единственное, что имеем – здравый смысл и ясный взгляд на Мир?! Ведь пока мы не отягощены заботами, которые так часто превращают жизнь взрослых в сплошные муки…
Наш Мир полон несправедливости и невзгод, и что, если, повзрослев, мы окажемся не в силах справиться с их тяжестью, и они похоронят нас под собой? А мне бы так хотелось жить и радоваться каждому прожитому дню без доли сомнения и раскаяния, что он прошел даром…»
- Марк, а Марк, - одернул мышонка друг, выведя его из тяжких дум, в которые он провалился. - Ну скажи, разве тебе не интересно, куда приведут тебя твои фантазии и мечты?
На что паренек, вдруг вскочил на ноги и стал неистово махать руками, пытаясь привлечь его внимание.
- Знаю, знаю, чтобы узнать ответ на этот вопрос надо идти дальше, но… - осекся вдруг Афин, когда увидел на что именно указывал брат.
А именно на огонек в ночи от походного костра, засиявшего на горизонте путеводной звездочкой.
- Ну, вот видишь - достаточно было немного подумать головой, и решение нашлось само собой, - усмехнулся озорник.
Воспряв духом, друзья сорвались с места и кинулись на свет, как мотыльки…
- Отлично, мы нашли их, а что дальше? – прошептал Афин, как и Марк, лежа на земле, скрываясь в высокой траве, в шагах пятнадцати от еле освещенного почти потухшим огнем костра лагеря охотников за легкой наживой.
- Потрясающе, - чуть-ли не в голос воскликнул рыжий мышонок, когда на его вопрос друг пожал плечами.
- Только не говори, что не продумал эту часть плана по их освобождению?! – указал он на десяток заключенных, что спали тревожным сном на земле.
Бедняги вздрагивали от каждого дуновения ветерка и хруста сухой травы под ногами стражников, которые стояли на стреме, даже ночью не сводя глаз со своих «подопечных».
- Что говоришь?! Рано или поздно они свалятся от усталости?! Да раньше рассвет наступит и тогда, сам понимаешь… - не договорил Афин, ибо в этот момент ему в голову пришла одна очень безумная идея.
- Кажется, я нашел выход из сложившейся ситуации, но мы должны действовать крайне осторожно и молниеносно быстро…
Съедаемые усталостью, две высоких мыши, кутаясь с головой в дорожные плащи, еле держались на ногах. Они бы с удовольствием вздремнули на часок другой, но вместо этого косо поглядывали за спину. Казалось каждый из них боялся, что приятель воспользуется его усталостью и уведет живой товар, за который в Понтисе их ждала немалая награда - по тридцать, а то и пятьдесят медяков за голову.
Медяки - это самая меньшая по стоимости монета в Эйринии, которые чеканились из самой распространённой в землях мышей руды – Медарийской.
Внезапный блеск на земле неподалеку заставил одного из них нарушить молчание:
- Слушай, пойду-ка я по нужде сбегаю, - прохрипел охотник.
Незаметно для приятеля, он потянулся за небольшой монеткой, что приметил, когда свет костра упав на неё, отразился ему прямо в лицо.
- Давай, только недолго… - чуть обернулся мышь, но приятеля и след простыл.
- Что за?! – только и успел прошептать мужчина, как на его голову опустился оглушительный удар и он рухнул на землю, как подкошенный.
