Я уже заканчивал возню с сумками, когда пришла Вилья, уже переодевшаяся в такие же кожаные доспехи, как и у меня. В руках у неё был внушительный мешок. Заметив мой удивленный взгляд, девушка насмешливо подмигнула.
- Я решила взять на себя заботу о провизии. А то мы рискуем не добраться даже до Скинграда. Кстати, там растут великолепные цветы…- так мы и тронулись в путь под аккомпанемент из щебета болтливой нордлингши.
Комментарий к В путь-дорогу, и да трепещут наши недруги! Ух, закончил перепроверку разных глупостей, вроде ошибок должно быть меньше!)
====== Поворот судьбы падлючей ======
Ближе к обеду мы остановились на привал у дороги. Я принялся выкапывать в земле ямку для костра, а Вилья стреножила Брюса с Ромашкой и принялась собирать съедобные растения, благо вокруг нас этого богатства хватало.
Я же, оглядев провизию, захваченную моей спутницей, не удержался от смешка. Мясо вяленое она взяла, сыр взяла, даже картошку не забыла! А вместо воды было пять бутылок медовухи. Ну надо быть такой дурой! Хорошо, что я перед уходом набрал полный бурдюк воды из колодца приората!
Угли со мной уже были, горючее, благодаря моей компаньонке, тоже. Осталось только наломать сухих сучьев у окружающих деревьев и кустарников.
Когда Вилья вернулась с охапкой травы, над костром висел котелок и булькал ароматной похлебкой с картошкой, луком и сушеным мясом. А в углях пеклись две большие картофелины. Недовольно глядя на предложенную ей кружку воды, девушка попросила медовухи.
- Хочешь пить – пей! Но напиваться не смей, – строго сказал я, вручая девчонке ополовиненную бутылку алкоголя.
- А где другая половина?
- А ты думала, почему я так быстро сделал такой хороший костер?- вопросом на вопрос ответил я, голыми руками выгребая из золы картофель. Как хорошо, что моя кожа такая же огнестойкая, как и у всех данмеров!
Доели мы уже молча. Голод утолили, и пришло время любопытства. Я откинулся спиной о придорожный валун и пытливо уставился на нордлингшу.
- Ну, думаю, пришло время хоть немного друг о друге узнать…- протянул я, закинув себе руки за голову.
- Хм, твоя доброта по отношению ко мне дает тебе право обо мне узнать… Я родилась на Солстхейме, что на северо-западе от Морровинда. Моя мама была алхимиком и научила нас с сестрой разбираться в травах. Когда сестра переехала в Вивек и открыла там магазин, я отправилась вместе с ней. Так как я не была достаточно талантлива, толку от меня было немного, но чем-то помочь я все же могла…
- Та-ак… всё ясно, ну, кроме того, как ты вообще оказалась в Сиродиле?- глубоко вздохнул я.
- Это долгая история, и она о любви. Не хочется говорить об этом. Не сейчас. Возможно, позже…- протянула девушка, и я согласно кивнул.
- Хорошо, понимаю.
- Так, теперь твоя очередь.
- Готов ко всем вопросам,- ухмыльнулся я.
- Почему у тебя синие глаза? Никогда не видела у данмеров подобного… да и кожа у тебя на тон светлее, чем у твоих сородичей.
- Всё просто. Я полукровка. Мама – темная эльфийка, а отец – альтмер. Ну, во всяком случае, был им. Это всё?
- Странно… твой отец – высокий эльф, но рост у тебя как у босмера!
- Какой получился. Я никогда не горел желанием быть горой мышц. Ну мелкий – ну и ладно!
- А ты хороший, хоть и не норд! Мне нравится!- вдруг выдала девушка, допивая свою медовуху.
- Отлично. Пошли, к вечеру будем в Скинграде. Там остановимся на постоялом дворе «Две сестры». Хорошее место,- заявил я, залезая в седло к Ромашке. Кобылка тоненько заржала и встряхнула гривой.
А дальнейшее путешествие оказалось не без приключений.
На подходе к городу я едва успел пригнуться, когда над моей головой просвистела стрела. Меня опалило сухим жаром, а грива Ромашки вспыхнула, и я едва успел её погасить ледяными чарами. Кобылка тоненько заржала и взбрыкнула от боли так, что я едва успел скатиться на землю. И стоило мне подняться на ноги, как какой-то тип в дейдрических доспехах едва не снес мне голову дейдрической же клейморой. Я с трудом уворачивался от смертоносного металла и приходилось мне на редкость паршиво. Раздался крик Вильи. А я уставился на троих мечников, зажавших меня у придорожного камня.
- Вы доигрались…- прошипел я и, поднырнув под метнувшиеся ко мне клинки, хлопнул обоих нападавших ладонями, вызывая мою самую нелюбимую магию. Понижение жизненных сил. И пока застывшие от шока враги не оклемались, из моих ладоней выстрелили ледяные копья. Нападавшие осели на землю, окутываясь красным маревом. Предо мной на траве распростерлись две фигуры в печально знакомых мантиях. Со стороны Вильи раздался новый крик.
