- Ну что, мальчик? Как себя чувствуешь-то? Долго тебя здесь не было, я уж думала, помер ты где-то в своих подземельях! Ну что, вам всем там медом намазано? Бродите по этим катакомбам ради горстки золотых и ржавого барахла! А потом мрёте как мухи!- возмущенно заявила женщина, когда я выжидающе замер, готовясь выслушать о цене этого кинжала.
- Да ладно! Я живучий! Всё было бы хорошо, если бы не тот воришка, из-за которого на меня стража набросилась!- хохотнул я, ероша себе волосы на затылке свободной рукой.
- Ага, знаю я вашу породу! У, малец дурной!- в шутливой угрозе хохотнула оружейница, показав мне не по-женски увесистый кулак.
- Ну, а как не знать? Сама в молодости, как я, по подземельям бродила!- ухмыльнулся я, с удовольствием подметив еще большее изумление на личике Вильи. Ну, её несложно понять. Она здесь человек новый. Это я – обычный чужак, а она пока только гостья. Не знает она пока людей. Глупая? Ну, пока непонятно… Но ей здесь будет намного легче влиться в общество, нежели мне. Она – человек в человеческой стране… Ей только предстоит ко всему этому привыкнуть.
- Ладно, сколько с меня за кинжал? Есть чего из брони? А то до Коррола без приключений не добраться…
- За ножик сорок септимов. А из брони на такого хлюпика… ну разве что кожаный шлем да наручи…- задумчиво пробормотала редгардка, протягивая мне прочные плетеные ножны для кинжала и даже помогла их закрепить так, чтобы клинок крепился на груди. Во-первых, легко вытаскивать, а во-вторых – дополнительная защита. Нет, понимаю, что такой длины клинки обычно крепятся к поясу, но лично мне вот так удобнее.
- Ну, ладно! Удачи в торговле, госпожа Россан!- в своей привычной манере попрощался я и, подхватив Вилью за рукав её зелёной робы, распахнул ногой дверь и шагнул на улицу.
- А тебя здесь знают!- выпалила девушка, когда за нашими спинами захлопнулась дверь.
- Ну да! Я здесь впервые появился год назад. Прибыл на корабле из Морровинда. Я тогда был злой и не выспавшийся… едва не убил расхаживающего в порту пирата. Многого не знал тогда.
- Да… вы, маги, странный народ! Зачем всё взрывать, если можно просто сломать неугодному челюсть обычным ударом?
- Ну, знаешь ли! Вы, норды, тоже не образец гуманности! Столкнулся я однажды с компанией твоих соплеменников,- угрюмо буркнул я, сводя брови на переносице. Вспоминать это не хотелось, и уж говорить о случившемся этой девчонке тем более.
Я уже был у выхода из города рядом с конюшнями, когда нордлингша, запыхавшаяся, словно от бега, ткнула меня в спину кулаком. Ну, учитывая присущую всем нордам силу, нет ничего странного, что этот толчок в спину сбил меня с ног. А теперь, если вспомнить крутой спуск, идущий к мосту… Впрочем, об этом я подумал уже летя кувырком вниз. Падал я долго и со вкусом. Где земля, а где небо, я уже не соображал. Когда остановилась эта безумная карусель, я тоже не понял.
В сознание вернулся, чувствуя, что мне в рот течет что-то холодное, вязкое и приторно сладкое. Судорожно сглотнул и закашлялся, сгибаясь пополам. Как оказалось, лежал я на мостовой дороге, головой на коленях, обтянутых зеленой тканью. Поднялся не без труда. Вилья сидела заплаканная и перепуганная. А у её ног валялось с десяток пустых склянок. Обведя окружающее пространство взглядом, я едва не сел от шока. Нет, правда, я докатился прямо до моста! Целые дейдровы полкилометра! И это при том, что не по траве или земле, а по мощеной грубым кирпичом дороге. Опустил взгляд вниз. Одежда запылилась и пестрела прорехами. Даже кровь на ней была. Вот только боли я не чувствовал. Присел, встал, потянулся. Согнул и разогнул руки в локтях. Уставился на Вилью.
- Прости! Я же не знала!- всхлипнула девчонка, готовясь по новой зареветь и для пробы шмыгая красным распухшим носом.
- Так… ладно, пошли, тут рядом таверна хорошая, – глубоко вздохнул я, осознавая, что влип еще больше, чем прежде.
Вилья вскочила и рванула следом, прихватив меня за рукав запыленной рубашки.
Да уж… я даже не представляю, кто меня доконает раньше: те фанатики в красном или это обманчиво взрослое дитё?!
Маленькая и уютная таверна располагалась прямо у главной дороги, ведущей в Имперский Город. Я частенько ночевал в ней, когда не было нужды посещать столицу. Все же это шумное место мне не слишком нравилось…
В таверне “Ваунет” было тихо и спокойно. В такое раннее время народу здесь оказалось немного. Лишь один немолодой имперец в форме имперского легиона напивался в углу. Почему напивался? Ну так посудите сами, чем может заниматься вояка в свой выходной в забегаловке и с бочонком вина в обнимку? Правда, с чего это в такую рань напивается-то? Ну да ладно, не моё дело… И именно тогда, когда я проходил мимо этого типа в сторону трактирной стойки, на моем запястье сомкнулась ладонь в латной перчатке. Я едва не взвыл от боли, но нашел в себе силы просто развернуться к этому имперскому выродку. И, увидев абсолютно трезвый взгляд, вздрогнул. Этот стражник был тем самым, по чьей милости меня избили и бросили в тюрьму!
