– Прогонят? – недоуменно переспросил Франческо. – Почему? Он ведь не сделал ничего плохого…
– Феличите, не начинай все сначала, – раздраженно бросила Изабель и, повернувшись к сэру Гисборну, вполголоса пояснила: – Видите ли, мессир Гай, мой хороший приятель Франческо вбил себе в голову, что ему надлежит облагодетельствовать мир, но понимает это непосильное ему деяние весьма своеобразно.
– Между прочим, сказано в Писании: «Просящему у тебя – дай», – тихо, но упрямо проговорил Франческо.
– Ага, и еще сказано: «Раздай имение свое бедным», – отозвалась девушка и, не в силах остановиться, сердито продолжила: – Только я что-то не припоминаю ничего насчет: «Раздай имение свое бездельникам, дабы они с чистой совестью продолжали бездельничать». Кроме того, твоего собственного имения у тебя пока еще нет, а раздавать чужое я тебе не позволю. Мне вполне хватило твоих подвигов весной в Руане. Я молчу, когда ты проигрываешься в зернь и клянчишь у меня серебро на свои долги, но перепутать чужой карман с собственным и раскидывать монеты на площади – ты не находишь, что это слегка чересчур? Ведь это мне, а не тебе пришлось извиняться перед теми, у кого ты так легко позаимствовал их собственность!
– Френсис, не слушай эту женщину, – из дверей, как обычно, не вышел, но вывалился Мак-Лауд, – и всегда помни, что Господь создал ирландцев, а ирландцы придумали скаредность, чтобы поменьше платить и побольше получать… Кто-нибудь из вас знает иной путь, чем пылить вслед за всей этой толпой?
– Я знаю, – мрачно сказала мистрисс Уэстмор. – Через холмы, по виноградникам. К вашему сведению, мне не жаль денег, но я считаю, что помощь неимущим всегда достойна похвалы. Однако помощь в первую очередь разумная и зависящая от собственных средств. Вы можете об этом не задумываться, но мы, люди кошелька, обязаны никогда не забывать.
Пристыженный Франческо лишь молча кивнул и уставился себе под ноги. Гай понятия не имел, что произошло между этой парочкой весной в Руане, но решил, что мистрисс Изабель порой чрезмерно жестока в словах, хотя говорит совершенно правильные вещи.
Предмет краткого спора тем временем спрыгнул со своего насеста, в несколько стремительных шагов пересек двор – постояльцы шарахались от него, как от ходячей напасти – и замер неподалеку от крыльца и четверки путников. Мистрисс Изабель сдавленно пискнула и предпочла подняться по ступенькам к спасительной двери гостиницы. Странный тип по имени Лоррейн уставился на притихшую компанию бесстрастными серыми глазами, больше напоминавшими пару тусклых галечных камешков, и какое-то время молча изучал их, так что Гай почувствовал некое беспокойство. Он уже собирался прикрикнуть на этого непонятного и пугающего человека, когда в дворовом гвалте отчетливо прозвучал хрипловатый голос:
– Псам, кто охраняют вход в башню, брось кость и скажи: lapis exillis.
– Чего? – глуповато переспросил сэр Гисборн, но Лоррейн уже успел метнуться в сторону, ловко юркнул под брюхо проходившей мимо лошади и бегом устремился к распахнутым настежь воротам, толкнув кого-то по дороге и не слушая несущихся вслед возмущенных криков. – Что он сказал?
– Вот с ним всегда так: брякнет какую-нибудь ерунду и смоется, – сообщил бессовестно подслушивавший служка. – Или начнет разглагольствовать, что твой пророк. Попадется он когда-нибудь монахам и упрячут его за решетку, помяните мое слово!
– Папаша Тардье идет, – как бы невзначай проронила Изабель, пристально вглядываясь в дальний конец двора. Парень немедленно вспомнил о порученном ему неотложном деле и торопливо потрусил к дверям кухни.
– Какая башня, какие псы? – с легким удивлением спросил Мак-Лауд. – И сделайте милость, переведите эту латинскую заумь на человеческий язык!
– Lapis exillis означает «камень, упавший с неба», – растерянно сказал Франческо. – Или «камень, привезенный из изгнания» либо же «камень изгнанников». Но в таком случае больше подходит слово «скрижаль» – «Скрижаль изгнанников». Монна Изабелла, что все это означает?
– Ровным счетом ничего. – Девушка пренебрежительно дернула плечом. – Этот несчастный, как я поняла, не в ладах с собственным разумом. Какой смысл искать толк в словах безумца?
Она спустилась с крыльца и пошла через вытоптанный пыльный двор к конюшне, слегка склонившись набок под тяжестью мешка, но высоко держа голову и полностью сознавая свою правоту. Троим ее спутникам ничего не оставалось, как последовать за ней, самостоятельно размышляя над загадочными словами.
Андронику, пятому императору, подаренному Византии буйным и неукротимым семейством Комнинов, как уже упоминалось, недавно сравнялось семьдесят лет. Срок жизни праведного, согласно Библии, исчисляется девятью десятками весен, и втайне базилевс надеялся когда-нибудь справить и свое девяностолетие.
