Вестница полностью

И, развернувшись на носках, двинулась прочь из обеденного зала. Только одна Лилит понимала, как сложно мне изображать твёрдую походку, когда мир вокруг меня звенит и трещит по швам. Мысли путались, я силилась принять произошедшее. Осознание накатывало с яростью снежной лавины. Если Молох не соврал, чтобы повеселиться за наш счёт, значит я беременна от Майкла, и с этого момента моя жизнь навсегда изменится. Теперь каждое решение придётся соотносить с безопасностью для ребёнка. Не знаю, как дальше сложатся отношения с Майклом, удастся ли выбить признание из Кейт, и что решит он сам после случившегося, в конце концов, в измене косвенно виновата я, но для начала необходимо вырваться из Тартара. Адрамелек уже раз вмешался в мою личную жизнь, и на пути к отцовству может пойти на новую крайность.

Соберись, ты вырывалась и не из таких передряг. Здесь всего лишь сильнейший из существ трёх миров не даёт тебе сбежать, – подбодрила меня Лилит. – Малыш – это же чудесно.

– Да… Наверное… – пройдя в спальню Наамы, я остановилась перед покрытым трещинами зеркалом. Ладонь несмело легла на живот. – Как это случилось?

После возвращения из полевого лагеря, да и в последний раз тоже было без защиты.

Действительно, после измены я забила на таблетки. Хотя, наверное, нужно было допускать такое стечение обстоятельств, ведь мне сложно противостоять Майклу. Интересно, как он отнесётся? Наверняка обрадуется. Хотя многое зависит от временной разницы и скорости возвращения.

– Натали, ты рано ушла, – в комнату летящей походкой ворвалась Наама. – Адрамелек и Шакс сцепились, перевернули стол. Вульз хотел посмотреть поближе и снова получил по лицу.

– А Молох наверняка доволен, – фыркнула я.

– Это так чудесно, – она нагнулась и вдруг прижалась щекой к моему животу. – Это ведь ребёнок твоего любимого?

– Да. Но у нас всё непросто.

Потому что из меня ужасная невеста, жена ещё хуже, а какая будет мать? Майкл терпелив ко мне, но не настолько. Вдруг он решит, что ребёнок не от него. Или останется, но откажется от мысли о вечности со мной и выберет одну смертную жизнь лишь рядом? Он вымотан постоянными проблемами, сколько ещё он способен выдержать?

– Ничего страшного, – просияла Наама, резко выпрямляясь. – Воспитаем вместе. Ты мама и я мама.

– Его ещё надо родить, – рассмеялась я, покачав головой. – И ребёнку нужен отец.

– Значит, вернём малыша папе, – решительно кивнула она. – Я поговорю с Молохом, – и моментально выпорхнула за дверь.

Интересно, а мне что делать, пока они общаются?

Я прошла к кровати и опустилась на её край. Ноги дрожали. Меня всю начинало трясти. Рука всё ещё лежала на животе, но постепенно сжималась в кулак. Шок прошёл, я в полной мере приняла новую правду жизни, и теперь накатывал страх. Это не первая беременность, но прошлая не продлилась даже суток, после того как мне стало про неё известно.

Теперь ты намного сильнее. А по поводу Майкла… Как бы ни сложилось, дети – это счастье, – проговорила Лилит.

Она радовалась. Даже за столько лет с ней я не научилась так же просто относиться к подобным вещам. Правда, Лилит была только наблюдателем, справляться с трудностями всегда приходилось мне.

Я тебя ещё подбадриваю, – фыркнула демоница.

Мне это сейчас очень нужно.

Через час вернулась Наама. Демоница не выглядела расстроенной, наоборот, пребывала в воодушевлённом состоянии.

– Молох меня выгнал, но я не сдаюсь, – девушка весело ударила себя кулаком по груди. В голубых глазах вспыхнули золотистые искры. – Отдыхай, я всё организую.

Чмокнув меня в лоб, она вновь унеслась прочь. Мне же надоело бездействовать, потому я отправилась к Молоху. Надеялась хоть теперь убедить его отпустить меня на Землю.

Высший по-прежнему находился в обеденном зале. Сидел в кресле и тянул вино из кубка. На тонких губах высшего временами появлялась безумная улыбка, которая тут же гасла, превращаясь в оскал. Стол был перевёрнут, слуги собирали еду с пола после случившегося здесь столкновения Шакса и Адрамелека.

– Нет, Натали, – сразу возразил Молох, прерывая готовые сорваться с моих уст слова. – Зачем тебе на Землю? Там опасно для ребёнка, там война.

– Там мой дом и отец ребёнка.

– Ты печатница Лилит. Высшая, признанная даже мной. Твой дом в Тартаре, – Молох говорил твёрдым тоном, пытаясь убедить.

– Это в Тартаре опасно для ребёнка. Я меняюсь, становлюсь демоном. И Адрамелек может мне навредить.

– Не переживай, не навредит.

– Молох! – я наотмашь ударила по его руке.

Кубок с металлическим звоном упал на пол и покатился, расплёскивая в стороны янтарную жидкость.