— А я что, а я ничего! Надо Далиевой позвонить, будем вместе за тебя кулачки держать! — продолжила «поддерживать» меня эта рыжая бестия, — хотя нет, за тебя не будем, ты можешь дать заднюю и всё испортить. Будем болеть за твоего мужа, он то от своих желаний, как ты, бегать не станет.
— Знаешь что! Ты еще с транспарантом под наши окна встань! А лучше с Далиевой, прям в спальне свечки над нами подержите, чтоб наверняка срослось! — отзеркалила я, задыхаясь от возмущения, — и вообще, не собираюсь я ни от кого бегать!
— Пока ты с ним своей невинности, паутиной заросшей, не лишишься, ни в жизнь не поверю, — пропела в трубку подруга, — иди марафеться, чтоб он когда пришёл, то прям с порога тебя любить начал!
— Да иди ты!
— Конечно, пойду, мне ж еще с Алкой транспорант рисовать и свечки покупать, — заржала Лепницкая, — слушай, а церковные для такого святого дела сгодятся?
— Вот, дурнаяяя…
— И я тебя люблю, дорогая! Всё, не отвлекаю, а завтра жду вкусных подробностей уже не от Айдаровой, а от Ветровой, — напоследок произнесла она, отключаясь.
А я…
Пошла, как и было мне сказано, марафетиться.
Горячая ванна, маски, скрабы и мой любимый лосьон с ароматом цветущий черешни — всё пошло в ход, надолго занимая меня самой собой. Готовить ничего не стала: ни вчера, ни сегодня утром к еде, что я наготовила перед операцией никто так и не притронулся.
«Чувствую, и вечером на ужин подполковник предпочтёт не запечённое мясо и салат с морским гадами, а меня. Сразу начнет с десерта», — подумала я, мысленно воспроизводя в памяти голодный, жадный и обжигающе горячий взгляд мужа.
О. Май. Гад.
Чего ж так трясёт-то от волнения?
Ну, подумаешь, немножечко больно будет, все девочки через это проходят и ничего, живы и здоровы.
Тем более, я уверена, что постельный опыт Ветрова при его бешенном темпераменте весьма велик, и в спальне, ховесь маршрут ть один из нас, но будет знать, что делать.
А это уже неплохо, если учитывать тот факт, что нас обоих рвет на атомы, стоит лишь прикоснуться друг к другу.
Какой там!
Просто встретиться взглядами!
Этого будет достаточно, чтобы сердце ухнуло в пятки, а мозг окончательно превратился в кисель, делая из меня безвольную течную самку руководствующуюся лишь голыми инстинктами.
Жаждущую…
Порочную…
И совершенно невменяемую от тех чувств и эмоций, что так щедро транслирует мне мой мужчина!
Господи, когда там уже вечер наступит⁈
Я же сама себя всю изведу, если сиюминутно чем-нибудь не займусь!
"Поспи, ночью тебе это вряд ли позволят, — хмыкнула про себя, мысленно соглашаясь с этим предположением.
А что?
Так и поступим.
Главное — всё самое интересное не проспать!
ВЕТРОВ
— Ооо… Наконец-то, у нашего начальника физиономия разгладилась! Даже смотреть приятнее стало. Тебя, Алексей Михайлович, можно поздравить со счастливой консумацией брака? — балагур, а по совместительству клоун нашего отдела — Даронов, как обычно, не смог промолчать.
— Я тебе сейчас глаз на жопу натяну, и мне на тебя тоже смотреть приятнее станет, — не остался в долгу я, конфискуя у того, только что заваренный бокал с кофе. — Личное — не публичное, слышал о таком?
— Да мы ж любя! Чего ж сразу репрессии то вводить? — стрельнув взглядом на свой перекочевавший напиток, произнес тот, — порадоваться за друга уже нельзя.
— Радуйся, но про себя, кто ж тебе запретит? — пожал плечами в ответ, переходя на рабочую волну: — Всё ровно?
— Дайченко пока молчит, видимо, подбирает «уютное» место для переговоров, — высказался Серый на правах связного в нашей шайке, — думаю, хочет припугнуть авторитетом и дожать подъёмные до пятидесяти процентов. И да, Ветер, мне не нравится, как он отреагировал на твою жену. Девочек больше нельзя светить перед этой гнидой. Урод видел, твою реакцию на Лину. Ты облажался, не она.
— Я это уже понял, — с досадой ответил ему, понимая, что Венечка, бл*дь, всегда будет играть грязно. Будет идти по трупам чужих и своих, лишь бы добиться желаемого.
А вчера он желал принцессу.
Мою принцессу!
— Как только будет известно место и время, заряжай бойцов. Эту похотливую сволочь мы будем брать раньше, чем планировали. И на этот раз, обделаться должен он, а не мы, — мрачно изрек я, прекрасно понимая, что это риск.
Но у нас нет времени просчитывать.
А у Дайченко чуйка не хуже чем у борзой, и пока он заглотил наживку, надо действовать.
— Ты главное жене не говори, где встреча будет проходить, а то мало ли…— под*ебал Дарон, отсвечивая всем зубным составом сразу.
— Хочешь в трёх буквенное турне? Могу организовать в кратчайшие сроки, — улыбнулся, ловя флэшбеки из прошлого и, не выдержав, поддержал громким смехом Серого и Пашку.
— Вся моя жизнь, сплошное трёх буквенное турне, — отсмеявшись, заговорил Дарон, — я буквально вчера вечером из него вернулся.
— Я рад, что хоть кто-то из представительниц женского пола, не ведется на твои подкаты и держит в тонусе твою кобелиную натуру, — высказался на этот счет Серый, так же как и я, понимая, что за неприступную крепость в последнее время штурмует друг.