— Я же сказал, не переживай, — улыбнулся эльф, — почему я должен тебя бояться? Мы много раз спасали друг другу жизнь, и я уверен: ты бы не стала мне вредить.
Чувство признательности затопило Элемин. Времена, когда она не доверяла Фарлану, уже давно прошли, однако в этот момент она особенно ощутила, насколько стала важна для неё поддержка эльфа. За эти полгода совместного путешествия он стал для неё ближе и дороже, чем кто-либо до этого. С Ламбертом всё было иначе: несмотря на долгую и успешную работу вместе, в обычной жизни у Элемин с ним часто возникали разногласия, что совсем не способствовало укреплению их отношений.
Фарлан стоял совсем рядом, и его руки все ещё покоились на плечах девушки. Элемин очень захотелось выразить чувства, бушевавшие в сердце, и сказать эльфу, как она ценит его заботу. Возможно, скупой на проявление чувств мечник бы счёл это неуместным, но… Решившись, она уже почти приподнялась на цыпочки, как вдруг их грубо прервали.
— Элемин! — из кустов вывалился Ламберт.
Оглушительно чихнув, Крадущийся мрачно уставился на них:
— Что здесь происходит?
К удивлению Элемин, Фарлан прижал её ближе. Щекой она ощутила мягкость его бледно-синего плаща.
— Беседуем, — эльф с молчаливым вызовом посмотрел на мужчину.
Ламберт нахмурился и поджал губы. Пусть сейчас он выглядел забавно с опухшим носом и красными глазами, Элемин хорошо знала это выражение: он был в ярости.
— Не знаю, о чем ей с тобой разговаривать.
Элемин переводила взгляд с одного мужчины на другого, ей было неловко. Она не хотела развития этого конфликта и при этом не знала, как лучше вмешаться.
— Что ж, полагаю, здесь хвороста нет, — Фарлан сделал вид, что проигнорировал угрозу, прозвучавшую во фразе Крадущегося, — значит, пойдём дальше.
Он отстранился, однако не выпустил полуэльфийку и потянул её за собой. В этот же момент Ламберт подскочил и ухватил девушку за рукав.
— Элемин, послушай же! Я не знаю, что он тут тебе наговорил, но ты не должна отказываться от блокиратора.
— Почему? — лучница была удивлена: раньше ей казалось, будто Ламберта этот вопрос не особо заботил.
— Ты же знаешь, как это опасно! Только подумай — магия вновь станет воздействовать на тебя в полной мере! — попытался воззвать к её разуму Ламберт. — Блокиратор столько раз спасал тебе жизнь, разве ты забыла?
— И как все живут без них, ума не приложу, — тихо фыркнул Фарлан.
— Магия слишком опасна, она приносит одни беды, — со злостью повторил бывший агент, — Элемин, прошу тебя, прислушайся к моему совету, не совершай ошибку!
Девушка растерянно смотрела на друга: отчаяние, плескавшееся в глазах Крадущегося, было неподдельным. Он не мог знать о магических способностях полуэльфийки — с тех пор, как магию запечатали, она никому не рассказывала о произошедшем пятнадцать лет назад. Конечно, сведения об этом хранились в личном деле Элемин в штабе Крадущихся, но доступ к папкам имели лишь командующие — Леонхарт, а затем Герцог Лерайе. Никому из обычных служащих эти данные не раскрывались, так почему же Ламберт столь сопротивляется? Он что-то знает, или всему виной его личные счёты с магией?
— Это её выбор, — отрезал Фарлан, — не нам здесь вмешиваться.
Эльф быстро пошёл прочь с поляны, увлекая за собой Элемин. В последний момент она всё же оглянулась на Ламберта, который так остался стоять. На лице Крадущегося девушка прочла разочарование и грусть, а затем оно исказилось мрачной гримасой гнева.
— Ты готова? — Арен внимательно посмотрел на сидящую перед ним Элемин.
Она обвела взглядом ждущих чуть поодаль друзей: Фарлан ободряюще склонил голову; Сильвия нетерпеливо постукивала пальцами по коленям; только Ламберт смотрел на неё недовольно и с осуждением. Неужели он так сильно волнуется за неё? Даже когда они работали вместе, Крадущийся никогда так не переживал. Что изменилось сейчас?
— Это точно не опасно? — в который раз спросил Ламберт.
Арен вздохнул:
— Я уже объяснил тебе, здесь ни в чём нельзя быть уверенным! Это магия, а не точная наука вроде арифметики или алхимии… Антимагический барьер Элемин уже покрыт огромными трещинами, и всё, что я сделаю — немного надавлю снаружи, тогда он окончательно лопнет. Её сила забьет изнутри, словно исток ручья, который долгое время был заткнут камнем. И лишь от изначальных способностей носителя зависит, станет этот ручей полноводной рекой или так и останется небольшим потоком.
— Вот нельзя объяснить без этих дурацких аллегорий? — Крадущийся раздражённо скрестил руки на груди.
Арен убрал прядь волос за ухо.
— Увы, друг мой. За этим не ко мне, — он перевёл взгляд на Элемин и вновь стал серьёзным, — ну что?
— Да, — наконец ответила девушка, — начинай.
