— Не, брехня это! — сдавленно произнесла рыжеволосая, — Кто-то из китайцев прикололся или сварганил «утку».
Художники выпали из творческого транса хоть и с запозданием, но почти одновременно, с разницей в несколько секунд:
— Какой утку?
— Еду принесли?
— Так, фото забавное в интернете… — Виталий торопливо перевернул планшет, экраном на свои колени.
— Не еда… — Ки Ра вздохнул.
— Покажи, — попросил Акира.
— Не, так, фигня. Совсем фигня! Ой, он сейчас разрядится! Мне начальник должен еще на почту написать! — под первым же пришедшим в голову предлогом русский парень вырубил планшет.
Тут, словно в дар свыше, появилось блюдо с пиццей. Правда, за соседний стол.
Акира, вздохнув, вернулся к рисованию. Ки Ра с подозрением оглядел наши молчаливые лица, схлопотав в полете наше заговорщицкое переглядывание с Виталиком.
В принципе, я понимаю, почему Лик предпочел спрятать статью. Если это действительно правда, и рядом с нами, справа или слева, сидит выживший потомок древней цивилизации, их робот, инопланетянин или существо из иного, параллельного мира, для которого пролежать несколько сотен миллионов лет под землей, в остатках растений, постепенно преобразующихся в торф, а потом и в уголь — фигня, то лучше нам не подавать виду, что мы в курсе. А то мало ли… Тем более, если он сам ушел, очухавшись, значит, быть замеченным и изученным в его планы не входило. Но… кто же он?..
Хотя… Слышь, Александра! Ну, ты и… писатель! Махровый! Фантаст несчастный! Фэнтезист нерикаянный! Махровый ты фэнтезист! Мало ли на планете азиатов, особенно, китайцев? И чем-то ж они похожи! Ну, почему тот, провалявшийся в угле, если он — не выдуманная китайцами «утка» — непременно должен быть кем-то из двух твоих новых знакомых?.. Не слишком ли сильное совпадение?..
Нет, это просто «утка».
Пока я с моими давними друзьями, прежде дразнившими себя вслед за насмешками окружения «иноземцами», «людьми не от мира сего» и «свалившимися с луны» упорно сдерживались, чтобы как можно меньше пялиться в их стороны и не переглядываться в ужасе друг с другом, таинственные азиаты, один из которых мог оказаться натуральным представителем не от мира сего, совершенно спокойно рисовали. Еду нам все не несли и не несли.
— Инопланетяне, что ли их украли? Этих поваров? — проворчал Виталик, замученный стрессами и лютующим голодом.
— Может, черти? — вздохнула я.
— Может, их уже убили? — вставила и свои пять копеек Лера.
Мы переглянулись, но ни грамма облегчения не испытали от применения всем коллективом юмора.
Подруга вздохнула еще тяжелее меня и уныло покосилась на Ки Ра. Я вдруг обратила внимание, что на него она посматривает в разы чаще, чем на Акиру. Будто магнитом притягивало ее взгляд к нему.
Кореец почему-то вдруг посмотрел прямо на нее. И вот вроде он мог оказаться объектом иной цивилизации, вполне себе жутким и опасным, но, едва их взгляды встретились, как Лера сердито выдохнула и попыталась прожечь его взглядом.
— Почему это девушка всегда смотрит на меня очень сердитая? — возмутился тот.
— Хрен тебя знает! — пробурчала та, быстро отворачиваясь и, подпирая щеку ладонью, начала смотреть на парней на дальнем столике.
— С хреном и дерись. Я мимо.
Девушка шумно выдохнула, резко развернулась… Стул ее, накренившийся, не удержался…
Ки Ра молниеносно двинулся, подкладывая под спинку ее стула ладонь. И, собственно, оказался единственным, что мешало ее стулу полностью упасть. Девушка отчаянно взметнула ногами. И застыла, будто подвешенная, в неудобной позе. Волосы ее рыжие разметались по полу и по его напрягшейся руке — несмотря на четко проступившие на ней мускулы, парень поддерживал и девушку и стул не напрягаясь и даже не падая со своего, продолжая второй рукой поддерживать блокнот. Его ручка — он предпочел выронить ее, ради спасения Леры — прокатилась по полу под его стулом и спинкой ее. И, чуть запоздало, словно серьезно раздумывая, ее юбка сползла по ее коленям, бедрам, животу…
Несчастная потерянно застыла, то ли от осознания, что, кажется, узор ее белья станет известным всем присутствующим, то ли от понимания, что открылся он парню, которого она сразу невзлюбила. Тому, кому женщинам меньше всего хочется демонстрировать свою внутреннюю одежду.
Тишина была напряженная. Кто-то из парней за ближайшими столиками аж привстал, вглядываясь в ее белье и длинные белые ноги с пышными бедрами — эта домоседка солнца избегала, как и загар — ее. Акира, особо не вглядываясь, метнул открытым маркером в того любителя пошлятины — и по щеке у того прошлась черная полоса.
— Бл… — всхлипнув, выдохнула Лера.
Следующая тишина вышла покороче. Растопил ее, широко улыбнувшись, Ки Ра:
— У тебя красивый трусы. Зеленый цвет тебе идет.
Она яростно заорала, рванулась, приподнимаясь… И повалила уже его, вместе с его стулом. Спаситель рухнул со своего стула. А она, пытаясь встать, зацепилась за спинку своего бывшего стула. Потому, вскрикнув, отчаянно взмахнув руками, завалилась вниз. На пытавшегося встать парня.
