— Если раньше этого не сделаю я, — заметил Мартин. — На чужой яхте руки у меня были связаны по многим причинам. Но сейчас — другое дело, поэтому пусть держится от меня подальше. А теперь поговорим о более приятных вещах. Как поживает наш паром и как ты собираешься потратить призовые деньги?
— Ответ на первый вопрос: нормально поживает. И вовсе не благодаря тебе, бросившему его на целых две недели. Что же касается второго вопроса, то какую-то часть я потрачу, а какую-то отложу и оформлю на нее чек.
— А-а-а, так ты участвовал в гонке только из-за денег?
— Ну, по крайней мере, я не упал за борт — из-за кого-то.
Вечером они вместе отправились в яхт-клуб. Он был переполнен, и сквозь табачный дым Мартин разглядел Бениту и ее отца за их обычным столиком у окна. Бенита была одета в платье в розочках — то самое, что было на ней в первый вечер, когда Мартин пришел на встречу с ними в яхт-клуб. Ему показалось, что время вернулось назад, вот только Мервин Эрн на этот раз отсутствовал. Когда Мартин и Дейв сели за один стол с Чэпменом и его дочерью, все повернули к ним головы.
— Вы опоздали, — проворчал старик. — Весь град язвительных насмешек обрушился на меня одного. Разумеется, Бенни была рядом, но от нее мало толку.
— Само собой, я только царственно кивала всем.
Пратт, опираясь на стойку бара, приподнял стакан:
— Лучше поздно, чем никогда!
— Слышишь? — прошипел Чэпмен.
— Помните о будущем годе! — с вызовом откликнулся Мартин.
— А со мной заключат контракт на следующую гонку? — поинтересовалась Бенита.
— Если будешь вести себя хорошо.
— Здесь довольно жарко. — Мартин вытер пот со лба.
— Мистер Эвис счастлив только в море.
— Это зависит от того, кто на борту рядом со мной.
Между бровями у девушки появилась морщинка.
— Я помню, что вы говорили это. И еще помню кое-что. Вы сказали, что жизнь не похожа на безмятежное плавание.
— Извините, мне нужно потолковать с моим капитаном, — сказал Дейв.
Он направился к Пратту, а Чэпмен обратился к дочери:
— Если Мартину жарко, почему бы тебе, Бенни, не вывести его на террасу? Там прохладно. Если, разумеется, тебе это нравится, в отличие от меня, старика.
— Хорошая мысль. Пойдемте, Мартин?
Тот с радостью согласился. На террасе яхт-клуба сидело несколько человек, они пили и курили. Бенита отошла от них как можно дальше и села на низкий парапет. Внизу жила своей жизнью гавань. Здесь же было тихо, спокойно и прохладно, воздух казался солоноватым от моря, сверкающего сотнями отраженных огней. Кто-то позади них захлопнул стеклянную дверь, и сразу стало тихо.
— Здесь очень хорошо, — проговорила Бенита. — Так мирно и красиво!
Мартин поднял голову и втянул носом воздух.
— По-моему, наконец подул южный ветер.
Звонкий смех девушки вспугнул тишину.
— Как это похоже на вас! Вы когда-нибудь думаете о чем-нибудь, кроме ветра, погоды и парусников?
— Да, я думаю о вас. Очень много думаю — гораздо больше, чем следует. Я заметил, что вы не носите теперь часов, подаренных Мервином. Я это сразу заметил — вы так нарядно одеты, а раньше говорили, что будете носить его часы с этим платьем. Но сейчас на вас их нет. Почему?
— Фу! Это долгая история, мистер Эвис! Я не ношу этих часов потому, что вернула их Эрну. Помните, я сказала однажды, что это обручальный подарок? Вот потому-то я и отдала их.
— Вы хотите сказать, что порвали с ним?
— В общем, да.
Мартин опустился на парапет рядом с Бенитой. Он сидел совсем близко от нее, и она не отодвинулась. В этом углу террасы было очень тихо. Внизу нежно, словно целуя берег, плескалась вода. Но Мартин и без этого знал, что ему делать. Он привлек девушку к себе.
— Прошлый раз, когда я вас поцеловал, вы ответили, что помолвлены. Помните? Сейчас вам придется придумать другое возражение…
— Но у меня нет никаких возражений.
Они замерли в долгом поцелуе. Потом Мартин медленно отстранил Бениту.
— Я люблю тебя всей душой и сердцем! Ты это знаешь?
Она молча взяла его за руку и кивнула:
— Знаю. И я также знаю про Мервина. Все знаю! Дейв рассказал мне в тот вечер, когда мы ходили смотреть на оползень. Потом я допросила папу, и он тоже все подтвердил. Но для меня это уже не имело большого значения. В душе я уже давно покончила с ним. Мне просто было жаль его, потому что я решила вернуть ему часы. Поэтому я и полетела вместе с ним на самолете. Я хотела сделать это по-своему.
— Ты придумала какие-нибудь новые возражения против того, чтобы я снова поцеловал тебя?
— Нет, мне это нравится. Но здесь немного шумно. Давай прогуляемся по старому причалу. Он всегда казался мне самым подходящим местом для свиданий.
Она взяла Мартина под руку, и они спустились по ступенькам клуба. У причала стояли на якоре молчаливые лесовозы, на которых светились лишь стояночные огни — все матросы с этих кораблей сошли на берег и пировали сейчас в «Веселом матросе».
— В последний раз, когда мы с тобой были здесь, мы ставили паруса как раз перед гонкой. Кажется, с того дня прошла целая вечность, — сказала Бенита.
— И сейчас я могу сказать тебе, о чем тогда думал.
Бенита взглянула на него, сморщив носик. Мартину очень нравилась эта ее манера.
