– Видишь ли, Софья, – продолжила Надежда Петровна. – Я даже не буду объяснять тебе, как плохо, что пострадали люди. Думаю, ты понимаешь это и сама. Дело в том, что если ты делаешь скрап-открытки, общаешься с Меркабуром, ты должна соблюдать определенные правила. Два первых предупреждения Кодекса: «Не навреди намеренно» и «Не увлекайся». Я уверена, что ты не хотела никому зла сознательно, но, может быть, когда ты делала этот свой плакат, ты что-то испытывала… раздражение, неприятие. Ты ведь почувствовала, как откликнулся Меркабур? Каким он стал сразу после? И потом, ты вовлекла столько людей, такому неопытному скрапбукеру, как ты, нельзя так поступать. Это просто чудо, что ты до сих пор… – Она замолчала.
– До сих пор что?
– Скрапбукер всегда балансирует на грани между двумя мирами. Между привычным, реальным миром и миром, который он творит сам. Точнее, между миром, который создают все скрапбукеры, потому что все открытки и все альбомы связаны между собой общей силой, общим потоком. Мы называем его «Меркабур». Представь, что ты идешь по канату. С одной стороны у тебя реальный мир – город, улицы, кленовые листья под ногами, твоя мансарда, родители, любимые конфеты, теплый плед, дождь за окном. А с другой – Меркабур, мир волшебного потока, страницы альбома, вроде той, в которой ты находишься сейчас, мир, который ты творишь сама. Ты можешь слегка наклониться в одну сторону, потом вернуться и наклониться в другую. А можешь однажды упасть. Если ты упадешь в реальный мир, то больше никогда не сможешь соприкоснуться с Меркабуром и сделать волшебную открытку.
– Я не понимаю, – замотала головой Софья. – Как это – упасть в реальный мир?
– Это довольно сложно объяснить, проще почувствовать, но я попробую. Скрапбукер – это человек, определенным образом сонастроенный с Меркабуром, – терпеливо пояснила Надежда Петровна. – Представь, что ты можешь слышать частоты выше, чем обычные люди, или видеть в другом диапазоне света, если захочешь. Нечто похожее позволяет тебе общаться с Меркабуром. Если он станет тебе неинтересен, если ты больше не захочешь иметь с ним ничего общего, эта сонастройка исчезнет. Меркабур – тонкий мир… потерять связь с ним легко, обрести вновь – очень трудно, почти невозможно. Есть и противоположная опасность. Ты можешь упасть сюда, в Меркабур, и никогда больше не вернуться в реальность.
– Я не верю. Не может такого быть! А что же будет с моим телом там, в реальности?
– Оно исчезнет. Меркабур умеет перемещать людей в свой мир, только дай ему волю.
– А сейчас…
– Сейчас, если кто-то войдет в твою комнату, он увидит, что ты застыла на месте, уткнувшись в альбом.
– Но при чем тут «Дворец связи»?
– Там было много людей. Ты повесила плакат, он вызвал столько эмоций. Каждый, кто прочел его, оказался на мгновение связан с Меркабуром, и ты – в самом центре толпы. Это как водопад, настоящая Ниагара. Поток был очень мощный, если бы не Саша, тебя бы утащило прямо из торгового центра.
– Значит, самое главное, не показывать мои открытки нескольким людям сразу?
– Если бы все было так просто… – вздохнула Надежда Петровна. – Балансировать на грани так же трудно, как ходить по настоящему канату. Во-первых, нужно знать Кодекс…
– Что за Кодекс, о котором мне все твердят? – перебила ее Софья.
– Я покажу тебе его в следующий раз. Запомни самое главное – «Не навреди намеренно» и «Не увлекайся». «Не увлекайся», в том числе, означает, что нельзя быть в Меркабуре слишком долго, особенно начинающим. Иначе можно никогда не вернуться.
– А во-вторых? Кроме Кодекса?
– А во-вторых, чтобы держать равновесие, надо учиться на практике, это почти как учиться плавать, но нужен «тренер», и поэтому у каждого скрапбукера есть альбом, а в альбоме – хранители. Софья, у нас совсем мало времени осталось.
Софья поежилась. Ветер крепчал, волны с шипением набегали на берег. Она и не заметила, как исчезли чайки, как притихла шарманка, которую теперь с трудом можно было расслышать.
– А что еще он умеет, этот Меркабур? Значит, открытки могут не только вскрывать чужие чувства?
Оба ее собеседника рассмеялись, потом Надежда Петровна сказала:
– Они могут все. Все, с чем ты можешь справиться сама. У нас еще есть пара минут, – она кричала, ветер заглушал слова. – Спроси, что бы ты хотела узнать больше всего?
– Когда я увижу вас снова?
– В одну и ту же страничку нельзя вернуться. Если позволит Меркабур, то послезавтра можешь попробовать сделать еще одну, новую.
– Он может не позволить?
– Ты еще совсем неопытная, у тебя может не получиться. Спроси не об этом, спроси о важном.
– А по-настоящему? Мы можем встретиться там, в реальном мире?
Надежда Петровна нахмурилась, Софье показалось, что она разглядела на ее щеке слезу, а может быть, это была просто капля дождя.
– Девочка моя, милая. Нас нет там, в реале. Мы только здесь, и только Меркабур знает, когда мы снова увидимся. У тебя пошла последняя минута.
