– Я стал верить в него и его ангела, и этот добрый ангел ты. Я слышал, как доктор говорил: – « Тебе парень повезло. Твой ангел– хранитель прилетел во время». Ты сына на время оставила ради меня.
– А ты думаешь, с одной половинкой сердца можно было прожить и не искать вторую? Я не делала выбора.
– Я знаю. Там, у дороги, я видел кошмар. Ты стояла, держа Данилу на руках, на высокой насыпи метров 8-10. Я не вижу твоего лица, но слышу голос: – «Если ты уйдешь, мы пойдем следом». Ты поднимаешь ногу, чтобы сделать шаг, а я кричу «Нет!» и прихожу в себя. Это придало мне силы, я не мог не идти к вам.
– Нам стоит не думать об этом. Забыть это трудно, а не думать можно. Тебе пару дней стоит не расставаться с коляской, будешь передвигаться на ней. Наберешься сил, начнешь понемногу ходить. За Данилой нужен зоркий глаз и отличная реакция. Наш сын очень любопытный, с моторчиком в одном месте. Не знаешь, в кого он такой подвижный? Почему ты мне не рассказал о том, что ты в семье приемный ребенок? Тебе никогда не хотелось разыскать свою маму? Ведь именно она передала тебя в руки родителей. Будь ей твоя судьба безразлична, она бы не стала просить о подмене, а оставила все на самотек. Ты вырос не в детском доме, а в семье.
– Тебе откуда все известно? Тридцать пять лет прошло. Кому это надо?
– Я настаивала на генетической экспертизе, Андрею пришлось сказать правду. Потом я поговорила с твоим отцом. Он мне все, что знал сам, рассказал. А нужно все это нам всем. Мы должны знать о своих корнях. Если ты не забыл, меня отец тоже перепоручил своей матери. Пока ты не знаешь правды, судить человека нельзя. Ты вернись в прошлое, когда секса в СССР не было, а дети все равно рождались и аборты были поставлены на поток. Кате было 16. Что с ней произошло, ты знаешь? Был ли это плод любви или последствие трагедии? Ты не сердись, вспомни, где я работала и представь, чему я была свидетелем. Было так, что иные мамочки возвращаются за детьми через неделю и раньше, но поздно. Тебя признали умершим за два дня, так и с отказниками происходит. Их оформляют очень быстро. Потом даже через суд вернуть ребенка практически невозможно.
В эту ночь они долго не спали. С того момента, когда они встретились в больнице, прошло часов 15-16. Им приходилось чуть сдерживать эмоции от встречи перед чужими и своими. Теперь они были одни, и никто и ничто не мешало проявить их в полной мере. Сдержанность и застенчивость Крис уступили место покорности к тайным желаниям мужа и собственному интересу. Была беседа в полголоса, и даже ужин после полуночи. Их разбудила «серенада» сына. Парень никогда не плакал просыпаясь. Он вставал в кроватке на ноги и начинал «переговоры» с мамой.
– Проспали ребенка, – сказала Кристина, беря сына на руки. – Что случилось, родной? Мама с папой рядом. Мы сядем на горшок, снимем памперсы, наденем трусики и получим приз. Не плач, – давая ему грудь, просила мать. – Мужчины, сынок, не плачут, они расстраиваются.
Вторник, 2 июля, оказалась «днем медицинского работника». С утра приехал доктор к Сергею, позже Александра Николаевича навестил врач. Теперь Кристине предстояло «подрабатывать» у них медсестрой процедурного и перевязочного кабинета.
– Хорошо, мои дорогие, что вы не понизили меня до санитарки. На медсестру я согласна, но временно и за хорошие чаевые. Будете нарушать режим, буду колоть больно, не смотря на родство.
Вера Павловна, приехавшая в гости через неделю, была приятно удивлена. Оказывается она, и Александр Николаевич были знакомы почти сорок лет назад. Теперь она могла приезжать не только к Кристине, но и к приятелю из далекой юности. Сергей и Кристина тоже удивились, когда Вера Павловна и Олег сделали вид, что они не знакомы. Сергей вышел на работу через три недели, 22 июля, имея на руках новый паспорт и решение суда. На этот раз органы внутренних дел сработали оперативно. Суд состоялся через две недели. Тело эксгумировали, провели экспертизу. Это был Иван Тихонов. Его перезахоронили в Тарусе. Фирма МирСтрой помогла с похоронами и с оформлением пенсии, выплатила компенсацию вдове Ивана. По приметам, нашли и машину, которая обстреляла «Ауди». Как развивалось расследование дальше, не сообщалось. В конце месяца отметили день рождения Даниила, которому 27 июля исполнился год. Андрей, работающий весь месяц один, пошел в отпуск и уехал с семьей на море. Вернувшись, они перебрались к началу учебного года в городскую квартиру. Кристина с Сергеем и сыном остались жить в поселке. До начала занятий в интернатуре, Крис перевезла все вещи и то из техники, что могло пригодиться в хозяйстве, в дом. Подарила свое фортепиано детскому саду. Сдала свое пустое жилье молодой паре. Оставлять квартиру надолго без присмотра было, в ее понятии, неразумно.
– Крис, ты думаешь, я не смогу обеспечить семью жильем, если ты решишь перебраться в город?
– Я думаю, что это наш с тобою райский уголок к старости. Дому десять лет. Простоит он еще лет тридцать, как минимум. Пойдем на пенсию, и у нас будет свой угол. В этом возрасте трудно содержать дом отца, – говорила она шутя.
