Это было спасением, и Катя благодарно возвела глаза к потолку. Теперь есть весомая причина покинуть зал, ее ждут…
«Ю. А. Вдовин?»
«Да».
Осторожно поднявшись, стараясь не привлекать к себе внимания, она торопливо спустилась по ступенькам и покинула конференц-зал. Андрей уже шел навстречу, широко улыбаясь. Увидев Катю, он развел руками и сказал:
– Вы молодец, побег – дело мужественного человека.
– Но поджилки-то трясутся, – ответила Катя.
– Мы это сейчас исправим блинчиками или омлетом.
– Я отказываюсь ходить на лекции без вас. Вдвоем убегать интереснее: один отвлекает внимание, а второй – крадется к выходу… Федор всем желающим предоставляет площадку для выступлений?
– Не всем и только в подходящий для него период. Перед осенней выставкой нужно немного пошуметь и встряхнуть историческое и искусствоведческое сообщества. Определенная реклама не помешает, и лучше гнать шум заранее. Кстати, я только от Федора, он просил передать, что ждет вас ближе к двум часам. Это время у вас не занято?
– Нет, я вчера съездила в редакцию, немного разгребла долги и теперь опять свободна.
– Вы начали статью?
– Да, написала половину на одном дыхании. В схватке с вдохновением я всегда проигрываю. – Катя подняла голову и посмотрела на Андрея. «Знает он про корабль или нет?»
– А я последнее время ленюсь и, кажется, стал излишне мечтательным.
– Это не всегда плохо.
– Но у меня сегодня три встречи, и еще надо заехать домой. Так что после завтрака – никакого разгильдяйства!
Завтрак можно было назвать душевным, они разговаривали обо всем, мгновенно подхватывая и отбивая фразы друг друга. Катя остановила выбор на сырниках с малиновым вареньем, Андрей – на омлете с креветками и черри.
– Кофе или чай?
– Капучино.
В поздних завтраках есть своя прелесть, неторопливость делает их маленьким праздником, отрицающим суету дня. Катя ела неспешно и вспоминала сырники, которые когда-то готовила бабушка. Нет, повар не смог ее превзойти: либо это блюдо получается домашним, либо не стоит его готовить. Третьего не дано.
– Вам нравится?
– Да, – схитрила Катя. По сути, шеф-повар не виноват, что воспоминания сильнее нежнейшего сырника, окруженного листочками мяты, кусочками свежей клубники и тонкими нитями карамели.
Допив капучино, Катя с сожалением попрощалась с Андреем и отправилась в свой номер. До двух она успеет немного поработать над статьей, и для этого понадобится переслушать некоторые диктофонные записи. Кажется, забыт вопрос с фотографиями… У Мелихова есть профессиональные фото предметов коллекций, но нужны и его личные. Причем новые.
Мобильник запел, и Катя вынула его из сумки.
– Доброе утро, Федор.
– Доброе утро или, вернее, день. Вынужден извиниться и перенести нашу встречу. К сожалению, неожиданный звонок перечеркнул все мои планы. Буду рад, если вы согласитесь со мной поужинать.
– Да, хорошо.
– В семь удобно?
– Да. – Катя вышла из лифта.
– Договорились.
Голос звучал сухо, по-деловому, и по сердцу скользнуло разочарование, пожалуй, так Федор разговаривал с ней только вначале, когда обсуждались детали интервью. С тех пор прошло несколько дней, а кажется – целая вечность. Возможно, он торопится или навалились проблемы, обычная история для человека, занимающегося бизнесом.
В номере, устроившись на диване с ноутбуком, Катя призналась себе в том, что ждала встречи с Мелиховым. Игра – каждый раз стараться угадать его мысли – уже стала привычной, она бодрила и заставляла поднимать голову навстречу ветру. Как Федор мог узнать, что корабль хранится в ее семье? Быть может, пришлось перерыть кучу бумаг, прежде чем открылась долгожданная правда. Но годы идут, а люди часто не берегут то, что попало к ним так или иначе… Доплыл ли корабль до наших дней, и если доплыл, то в каком состоянии? Наверное, этот вопрос частенько мучил Мелихова, да он и сам говорил об этом.
– Доплыл, – прошептала Катя. – Состояние приличное, на три миллиона по-прежнему тянет.
Усмехнувшись с грустью, она включила диктофонную запись, и комната наполнилась уверенным голосом Федора. Минут пять Катя практически не шевелилась, а только слушала, и лишь после придвинула к себе ноутбук.
