Николя замедлил шаг. Он не ожидал услышать такого от своей прекрасной Изабель. Еще меньше ему хотелось обсуждать с ней неудачи канадской армии. Достаточно того, что ему придется говорить об этом с лейтенантом де Рамзеем сегодня вечером… Но, быть может, она хочет услышать от него нечто обнадеживающее?
– Мы все еще сопротивляемся противнику, а скоро придет зима и прогонит его прочь из Канады.
Изабель остановилась и посмотрела на него с явным раздражением.
– Николя, я, конечно, женщина молодая и без… как правильно сказать… без жизненного опыта, но это не значит, что я дура! Вы сейчас ответили так только потому, чтобы доставить мне удовольствие! Я вижу вокруг столько страданий, что так просто меня не обмануть!
Мсье де Мелуаз опустил глаза. Он был расстроен.
– Не хотел вас обидеть, Изабель, но правду не всегда приятно слышать.
– Разве правда может быть ужаснее, чем это прискорбное зрелище? – вскричала она, обводя рукой окружавшие их руины. – Скажите, почему английских кораблей на рейде становится все больше? Я думала, они планировали атаковать нас со стороны Бопора…
– По нашему мнению, англичане пытаются отрезать нас от отрядов, которые находятся сейчас в Труа-Ривьер и Монреале, и воспрепятствовать доставке продовольствия в город. Бугенвиль не успокоится, пока не отбросит их к деревне Дешамбо.
– Не думаете ли вы, что они могут попытаться там высадиться?
– Мы к этому готовы. Полк Гюйенна стоит лагерем на Полях Авраама на случай, если…
– А если они захотят высадиться ближе, к примеру в Силлери?
На мгновение Николя задумался.
– Мы рассмотрели и эту возможность и приняли меры предосторожности. Но, думаю, противник не сможет за одну ночь переплыть через реку, высадиться на нашем берегу и взобраться на скалы. Берег в тех краях обрывистый, понадобятся лестницы… И все это – у нас под носом? Ну нет!
– Очень на это надеюсь, Николя!
– Изабель, – сказал он, беря девушку за руку, – я не пытаюсь приукрасить ситуацию. Насколько я понимаю, вы осведомлены о наших недавних потерях – фортах Карийон, Ниагара и Сен-Фредерик.
Она кивнула в знак согласия, но взгляд ее не отрывался от их соединенных рук.
– В Ямаске перехватили посланцев, которых генерал Эмхерст отправил к Вольфу с донесением об этих победах. Пленники сообщили, что Эмхерст решил дать своим солдатам передохнуть, то есть в ближайшие дни английская армия не двинется на Монреаль и Квебек. Со дня на день могут начаться холода, и Вольф останется один со своими войсками, численность которых постоянно падает. Наши союзники-индейцы не дают англичанам покоя и убивают по нескольку человек в день. Захватчики напуганы, и в их рядах процветает дезертирство. В довершение всего в сражениях при Пуант-о-Трембль и Бопоре они понесли серьезные потери. Лишь бы только поскорее похолодало! Будем на это надеяться. Еще не все потеряно.
Покусывая губы, Изабель отняла руку и посмотрела ему в лицо.
– То есть мы можем спокойно умирать с голоду?
– В Монреале собрали хороший урожай, и мы со дня на день ждем, когда подвезут продовольствие.
Она перевела взгляд на свои грязные башмаки. Совершенно некстати в голову пришла мысль, что предусмотрительнее было бы надеть сабо, ведь новую пару удастся раздобыть нескоро. Абсурдность таких размышлений заставила девушку покраснеть. Внезапно она всхлипнула.
– Изабель!
Он произнес ее имя так ласково…
– Изабель, я так по вас скучаю! Нам повезло побыть вместе, и не лучше ли обняться и насладиться теплом друг друга, вместо того чтобы говорить о войне?
Он обнял ее за талию и притянул к себе. Изабель прижалась к нему щекой и, чувствуя себя в безопасности, позволила векам сомкнуться. Рука Николя медленно поднялась к ее чепцу и сняла его. Девушка невольно напряглась, удивленная его дерзостью.
– Изабель, моя нежная Изабель! – прошептал он, зарываясь лицом в ее волосы.
Он еще крепче обнял ее, коснулся губами ее лба. Его дыхание приятно согревало ей лицо. От Николя едко пахло табаком, а ей с детства нравился этот запах.
– Николя, мой горячо любимый Николя! Мне бы так хотелось, чтобы прямо сейчас время остановилось и чтобы мы стояли бы вот так целую вечность!
Любящие губы спустились по щеке к ее губам, приоткрывшимся в ожидании поцелуя. Темнота медленно опускалась на разрушенный, обезображенный город, скрывая его из виду. На улицах стало непривычно тихо, но влюбленные знали, что это всего лишь отсрочка. Бомбардировка неминуемо начнется с наступлением ночи.
– Если мне придется уехать из страны, вы последуете за мной, любовь моя?
Изабель не ожидала такого вопроса и слегка высвободилась из объятий, чтобы посмотреть на возлюбленного.
– Но куда вы направитесь?
– Я – офицер армии Его Величества короля Франции, и это подразумевает… В общем, если мне придется… Я хочу сказать, если мне предстоит отправиться в изгнание…
У Изабель сжалось сердце. Она вдруг почувствовала странную неловкость, причину которой не смогла бы сама назвать.
– Не предрекайте себе таких несчастий, Николя!
