— Разведчики говорят, что в лагере бунтовщиков у самого узкого места дороги, возле старого поста, стоит нечто вроде большой телеги, обшитой со всех сторон стальными листами. — Китаец скривил губы, будто от отвращения. — У телеги шесть колес и башенка на крыше, из которой торчат два ствола, один потолще, другой потоньше. Как думаете, что это?
— Ну… Если вашим повстанцам не пришло в голову и впрямь обшить сталью телегу… — потер лоб капитан, хмурясь все сильнее. — То больше всего похоже на бронеавтомобиль. Но откуда они его взяли?
— Очень простой вопрос — на бортах этой «телеги» ханские гербы. — Подданный Сына Неба сокрушенно покачал головой.
— Понятно. Приобрели как трофей у военных.
— Угу. Разведчики говорят, броневик передвигают двенадцать человек. Толкая вручную. Наверное, он сломался или кончилось топливо…
— Или они просто не умеют им управлять, — закончил за китайца Дронов.
— Или так, — согласился тот с кислой миной. — Разница невелика. Уж с пулеметами-то они должны разобраться, ничего мудреного. Достаточно им выкатить броневик поперек дороги — и путь будет закрыт. Мы окажемся в ловушке.
— Так, значит, поворачиваем? — Николай оперся о стол ладонями и пристально посмотрел собеседнику в глаза. — Или… среди вашего груза найдется что-то, чем можно обезвредить броневик?
— Возможно. Но у меня имеется план поинтересней. И повыгодней. Хотя он и рискован, врать не стану, — смело ответил китаец на взгляд капитана. — Сторожевая служба у них построена дурно, можно даже сказать, ее и нет вовсе. Это ведь просто кое-как организованная толпа вооруженной черни. Паре-тройке бывалых бойцов ничего не стоит прокрасться к машине и снять ее охрану…
— Погодите-ка… — Дронов выпрямился, осознав, куда клонит выходец из Поднебесной.
— Мы захватим броневик перед самым прорывом, и он будет не мешать конвою, а помогать, прикрывая его огнем, — просто сказал Алим. Губы его изогнулись в намеке на улыбку. — А если он еще и заведется и поедет — так вовсе здорово, лучше не придумать. Если же нет — диверсантов вывезет арьергард.
— Да, смелый план, — покивал русский офицер. — Вашим разведчикам такое под силу, не сомневаюсь.
— Безусловно. Только Джибековы парни ничего сложнее магазинного ружья в жизни не видели и не смогут разобраться в управлении автомобилем и в его вооружении. Нужны те, кому бронемашины не в диковинку, особенно европейского производства.
— Я уже понял, что вы прочите эту миссию нам. — Николай демонстративно сложил руки на груди и вдруг подумал, что копирует Сашу во время прошлой беседы с китайцем. — Только степень доверия между нашими отрядами не настолько велика, чтобы…
— Не беспокойтесь, у вас будет гарантия, что вас не бросят наедине с врагом. — Усмешка китайского «специалиста» сделалась шире. — Я лично намерен участвовать в вылазке…
Эта ночь была ветреной и холодной. В отличие от прошлой, облака не затягивали небосвод сплошным пологом — пронизывающий ветер гнал их стайками с запада на восток, и луна то исчезала с глаз, то вновь окрашивала землю в голубоватое серебро, даря предметам глубокие длинные тени. В такие моменты бурная пенистая речка, видимая по левую руку, блестела в лунных лучах, а Ташкентский тракт, тянущийся вдоль нее и повторяющий изгибы русла, казался белой лентой, брошенной на темный песок. И река, и дорога втягивались в узкий проход меж горных хребтов, в горловине которого горели костры лагеря повстанцев.
— Дальше пешком, — сказал Алим, осаживая коня. — Пока обе группы вместе.
Дронов, следуя общему примеру, спешился. Оглянулся на спутников — четверых казаков, Джантая и дюжину джигитов-разведчиков Джибека во главе со своим командиром. Капитан, кстати, заметил, что его проводник почти не общается с сородичами — видимо, имелись какие-то личные причины. Может, они были из враждебного племени, а может, киргиз-северянин испытывал неприязнь к тем, кто пошел в услужение к хокандцам, — Николай решил не выспрашивать.
— Далеко идти? — обратился он к китайцу.
— На ваши меры — километра полтора-два, — ответил тот, обертывая вокруг шеи черный шарф и прикрывая им нижнюю часть лица. — Посты стоят только у самого лагеря, если ничего не изменилось. До них дойдем, там разделимся.
Все вышло именно так, как планировал Алим. За подступами к перевалу никто не наблюдал, и самые опасные участки, на которых не было даже высокой травы или кустов, чтобы укрыться, объединенный русско-китайско-хокандский отряд преодолел без эксцессов. Перебежками диверсанты добрались до еловой рощицы, тянущейся к самому неприятельскому лагерю. Немного в нее углубившись, остановились. Здесь Джибековы молодцы оставили спутников, свернув влево. Им предстояло разобраться с заставой на дороге — незаметно вырезать там стражу и убрать с пути возможные препятствия. Киргизы-южане двигались столь тихо и плавно, что Дронов потерял их из виду буквально через полминуты.
— Вот с кем бы не хотелось воевать… — прошептал он, стараясь не отставать от возглавившего группу Алима и при этом поменьше шуметь.
