— А еще в караване едете вы — китайский советник с опытом то ли дипломатическим, то ли разведывательным. — Саша сложила руки на груди и, старательно хмуря брови, уставилась на Алима. Вышло не слишком грозно, если уж начистоту, однако для нее даже это было неплохо. — С вашей политикой изоляции русский язык на таком уровне знают лишь те, кто работает в строго определенных сферах. И к тому же вас слушается как старшего командира тот, кто называет себя владельцем каравана.
Она кивком указала на Насреддина, который, не владея русским, весь разговор молчал, стараясь в меру сил не выглядеть глупо.
— Я полагаю, вы везете не шелка и фарфор, — продолжила девушка. Дронов не знал, поняла ли она все только сейчас или же начала догадываться одновременно с ним, однако теперь стажерка говорила уверенно и серьезно, в который уже раз напоминая офицеру Анастасию. — Вероятно, ваш груз — вещи более востребованные и… прикладные.
— А вы не боитесь, что после таких догадок я прикажу с вами что-нибудь сделать? — Глаза китайца окончательно превратились в щелки, но тон при этом ничуть не изменился, остался таким же ровным и учтивым. — Что-нибудь нехорошее?
— Без боя мы не дадимся, и в итоге эскорт ваш будет потрепан, — с напускным равнодушием заметил Николай, продолжая спокойно сидеть. Потянувшийся было к палашу Черневой, сопровождающий Александру, замер. — И в итоге вы останетесь наедине с летучими отрядами повстанцев, которым ваш груз очень пригодится… Даже если там действительно лишь ткани и посуда, они будут рады любой добыче.
— А если мы сейчас согласимся, а потом избавимся от вас каким-нибудь иным методом? — Подданный Сына Неба продолжал щуриться, но лицо его окончательно сделалось каменным. — Коварным. Отравим, к примеру?
— У нас своя еда, — усмехнулся в ответ капитан. — И главное — проблемы повстанцев это для вас не решит. А я могу заверить, что вам вреда мы не замышляем, у нас свои задачи. Разве что доложим о встрече куда надо, но подозреваю, где надо о вас и так уже осведомлены.
— Этот разговор стоит на сей ноте завершить, — сказал вдруг китаец. — Он не имеет смысла до возвращения лазутчиков. Пока можете считать, что я с вами в принципе согласен. О чем будем говорить дальше — зависит от результатов разведки. Теперь — отдыхайте.
Коротко поклонившись отдельно Саше, отдельно Николаю, он развернулся через плечо и удалился вместе с владельцем обоза. Офицер и молодая сыщица переглянулись. Не сговариваясь, дружно выдохнули. Оба только сейчас по-настоящему ощутили напряжение, сопровождавшее диалог.
— Как же все непросто… — пробормотал Николай, спрыгивая наземь.
— Как ты думаешь, Саша, нас угораздило догнать тот самый караван, который везет в Ташкент нашего пленника из иных миров? — поинтересовался Дронов, отпивая из оловянной кружки глоток травяного чая, — русские устроились у самой стенки «азиатского вагенбурга», в стороне от прочих его обитателей и далеко от часовых, что позволяло говорить достаточно свободно. К тому же слова скрадывал треск сухих дров в костре, который развели казаки, чтобы вскипятить воды для заварки.
— Я в это не верю, — качнула головой Александра, держащая свою чашку двумя ладонями. Ей, как обычно, заботливые станичники налили порцию первой, и чай уже достаточно остыл, чтобы не жечь пальцы. — Китайцы причастны ко всей этой истории, без сомнений. Но иным образом, уверена. По всему выходит, что именно китайские агенты сбросили Анастасии Егоровне информацию о том, куда стремятся доставить похищенного. Если похищение устроили сами китайцы — значит, данные ложные и пленника везут вообще в ином направлении. Если же сведения правдивы — то очевидно, что его украла третья сторона, которую китайская разведка хочет подставить под наш удар. — Она тоже отпила немного, чтобы смочить пересохшее горло. — И в обозе, где заправляет китайский агент, пленника точно быть не может.
— Вроде логично, Николай Петрович, — вставил сидящий тут же унтер, радуясь возможности поучаствовать в беседе. Будучи приставлен к Саше эдаким телохранителем, он привязался к ней больше прочих солдат и немного расстраивался оттого, что во время «умных» разговоров стажерки и капитана мало что понимает.
— Не поспоришь, логично, — согласился Дронов. У него и вправду чуть отлегло от сердца — достигнуть цели их путешествия вот прямо сейчас капитану отчего-то совсем не хотелось. Конечно, если бы удалось найти и выручить несчастного пришельца где-то здесь, то не было бы нужды форсировать закупоренный мятежниками перевал и ехать в неведомый Ташкент… Зато возникли бы иные проблемы — как сбежать с тяжелораненым парнем и хрупкой девушкой через враждебную страну, например? Да еще с погоней на хвосте, вероятнее всего. Даже, может, с несколькими погонями разом.
— Ну а что вы думаете…
— Саша! — Офицер отставил кружку и посмотрел на стажерку укоризненно.
— Ой! То есть… А что ты думаешь о грузе, Николай Петро… Николай? — покраснела девушка и прикрылась чашкой.
