Они прошлись по всей яхте, начиная с палубы и штурвала и заканчивая кроватью в каюте и жутко маленьким душем, которого им явно не хватило. Спрыгнули в воду и любили друг друга, держась за скинутый с яхты спасательный круг, а потом добрались до травы на берегу, и Дариус позволил Маркусу делать с собой все, что угодно, наслаждаясь каждой секундой и забывая обо всем напрочь. Они вернулись на яхту вплавь и снова забрались в постель, забываясь недолгим счастливым сном только к ночи.
…
Багровое солнце любопытным утренним лучом раскрасило воды озера в черное, а светлые стены кают-компании в цвета крови. Или страсти? Император прижал к себе Маркуса еще ближе и поцеловал в затылок. Что бы ни случилось с ними дальше, прошедшие сутки он не забудет до конца своих дней.
— Ты убьешь меня? — зашевелился в его объятиях Маркус.
— За что?
— За то, что позволил мне на берегу.
— Пойдем наверх, — ушел от ответа Дариус. — Здесь слишком мало места.
Встал с широкого кожаного дивана и потянул Маркуса за руку. Насладился поцелуем, покорностью и ароматом разгорающегося желания. Подтолкнул вверх по крутой узкой лесенке на палубу.
— Ты не ответил на вопрос, — решил настоять на своем Маркус.
Поднялся на две ступеньки, поставил ногу на третью, но был остановлен руками, крепко взявшими его за ягодицы, и языком, забравшимся между ними.
— Ч-черт во-оозь-ми! Дариус! Ответь!
— Помолчи! — больно укусил Маркуса за бедро Император.
Развернул, посадил на третью ступеньку и принялся за его член ртом, сходя с ума от ласковых рук в своих волосах и тяжелого дыхания. Довел до оргазма, стянул вниз, повернул, резкими движениями ворвался в него и улетел следом, но быстро вернулся, поцеловал между лопаток и шлепнул по поджарой заднице.
— Ты совсем разучился ходить.
— Это еще почему?
— Ты застрял на второй ступеньке на целых двадцать минут!
— Я тут ни при чем, просто лестница заколдованная.
— Так расколдуй.
— Иди первым, волшебник, исполняющий желания, — покачал головой Маркус. — Мне это не под силу.
Император рассмеялся, поднялся на две ступеньки, поставил ногу на третью…
— О Господи, умник!
— Ответь!
— По-ммм-олчи! — так громко и неприлично застонал Дариус, что свел своего развратного демона с ума.
Маркус довел любимого до оргазма губами и пальцами, а потом стянул вниз и заставил поставить мускулистую ногу на вторую ступеньку, широко раскрывая его для себя. Поставил свою ногу на первую и застрял в нем всерьез, глубоко и надолго: наслаждаясь, не позволяя кончить, убрать руки со ступенек или опустить на них голову; заводясь от грязных ругательств доведенного до исступления Дариуса все сильнее. Заставил сменить ипостась, втянуть шипы на спине и продолжил начатое с еще большим усердием. Довел обоих до сокрушительного оргазма и замер, прижав огромного демонического Императора к ступенькам своим легким человеческим телом.
— Всего шесть ступенек, — откашлялся Дариус. Сменил ипостась. Глубоко вдохнул, приводя растрепанные эмоции и гудящее от счастливой усталости тело в порядок.
— Да. Но преодолеть их практически невозможно, — пощекотал шею Императора смехом Маркус.
— Перестань так эротично смеяться мне в затылок, умник, — возмутился Дариус, не в силах погасить тлеющий огонь желания хотя бы на пару часов.
— Тебе же нравится.
— Нравится, но я не хочу умереть от удушья во время секса. Здесь же воздуха не осталось!
— Ладно, уговорил, — оторвался от него Маркус и уселся обратно на диван. — Иди, пока я снова тебя не поймал.
— И ты говоришь, что это я сексуальный маньяк? Ты себя в зеркало видел? Смотришь на меня, как алкоголик на бутылку, дышишь тяжело и явно замышляешь недоброе! — неубедительно заворчал Дариус, поднимаясь на первую ступеньку лицом к нему.
Маркус так эротично откинулся на покатый угол черного кожаного дивана, что оторвать от него глаза было невозможно. Красивая человеческая рука демона добралась до оживающего под взглядом Императора члена и принялась за дело, сверкая золотым браслетом совсем рядом с напряженной плотью. Светлое, блестящее и возбужденное на черном. Господи, да что же это такое! Дариус облизал пересохшие губы. Он хотел почувствовать Маркуса в себе снова. Не контролируя совершенно, подчиняясь ему во всем и теряя себя в поцелуях, руках и ощущении наполненности и бесконечного доверия.
— Ты говори, говори, — многообещающе протянул Маркус. Поставил ногу на диван, открывая себя жадному взгляду Императора еще больше и вызывающе лаская рукой снова готовый к битве орган. — Побольше подробностей, и тогда эту лестницу ты не преодолеешь никогда. Станешь моим официальным любовником и будешь жить в этой кровати вечность.
— Не дождешься! — метнулся вверх по лесенке Дариус, чувствуя за спиной легкие шаги Маркуса.
Вылетел на палубу, но был пойман, распят на диванчике и снова отправлен в небо горячим орудием в заднице, сильными ласковыми пальцами, умелыми губами и едва различимым сквозь шум сердца в ушах стоном:
— Я люблю тебя, Дариус.
…
— Ты убьешь меня?
— Ну что ты пристал ко мне?
— Я хочу знать.
— Зачем? Это что-то изменит?
— Нет, но мне интересно.
