Император дошел до конца причала, уселся в удобное кресло-качалку и укрылся тёплым пледом, взятым со стоящего рядом столика. Безупречно, уютно и комфортно. Как всегда в доме Маркуса. Почему он ни разу не пригласил его сюда? Эта мысль повергла Дариуса в уныние. Он знал ответ, и это бесило. Они просчитывали действия друг друга наперед и в результате не делали и не говорили ничего. Зачем? Все и так было понятно. Никаких выяснений отношений, скандалов, сопротивления, обещаний. Ничего. После пяти месяцев войны полтора года вместе в одной постели. Практически каждую ночь Дариус приходил к своему тайному близкому другу, обнимал его, наслаждался ехидными циничными комментариями к своим рассказам, занимался с ним любовью и засыпал в его объятиях, уходя к себе только рано утром. Привязывался к Маркусу все больше и больше, попадая под обаяние его исключительной личности.
А потом были два года без него. Пустые, тоскливые и бессмысленные.
Дариус просидел почти до рассвета, так ничего для себя и не решив. Поднялся и вошел в дом, не особо оглядываясь по сторонам. Он точно знал, где сейчас находится Маркус, и этого было достаточно.
Большая уютная комната, кровать у короткой стены, стоящая с таким расчетом, чтобы видеть разгорающийся рассвет, смятые простыни и лежащий спиной к нему демон. Одеяло сползло на бедра, открывая жадному взгляду Дариуса сухие четкие мышцы, смуглое плечо и тонкую талию. Два года он не прикасался ко всему этому великолепию. Не слышал слов любви. Не чувствовал ее в каждом прикосновении. Ужасно!
Дариус скинул одежду и нырнул в постель, чтобы прижать к себе Маркуса изо всех сил, вдохнуть его неповторимый чистый запах и поцеловать в открытую теперь шею, проводя рукой по груди и прессу.
— Черт возьми, — вяло и равнодушно отозвался на ласки демон.
— Маркус? — тут же перевернул его на спину Дариус. Нащупал нитевидный пульс, раскрыл веки пальцами и вгляделся в стеклянные глаза. — Да чтоб тебя! Самоубийца чертов! Ты достал меня! Хватит просчитывать все наперед, слышишь? Я прошу тебя, перестань!
— Я не вернусь к тебе, мое любимое чудовище, — прошептал Маркус, явно находясь в других мирах и вовсе не собираясь оттуда возвращаться.
— Кто тебя будет спрашивать? — проворчал Дариус.
Маркус постарался на славу, закачивая в себя дозу наркотика, превышающую смертельную раз в пять. Если бы не способности Великого Герцога, он был бы уже мертв.
— Ты мой, демон. А я пока не готов бросить тебя на обочине.
Император прижался ухом к едва бьющемуся сердцу, вслушался в затухающий ритм и заставил свою кровь работать, возрождая к жизни, изгоняя дурман, очищая кровь и тело от той дряни, что загнал в себя непокорный Маркус. Почувствовал, что его жизни ничего не угрожает, и не стал приводить в чувство, оставляя витать в облаках далеко от реального мира. Взял в руки дорогое лицо, провел большим пальцем по губам, поцеловал, не получая ответа, да и не ожидая его. Спустился по плечам и груди языком и руками, повернул на бок и прижал к себе спиной. Положил голову на плечо, щекой к щеке, продолжая гулять по телу ладонью. Вошел сзади, наслаждаясь созданным специально для его огромной торпеды проходом: не узким, не широким, а именно таким, каким надо. Услышал довольный вздох и не смог молчать. Маркус ведь все равно его не услышит. Никто не услышит.
— Если бы ты только знал, как сильно я тосковал по тебе! Два года назад ты едва не свёл меня с ума, заставляя желать тебя всего. Своим умом, цинизмом и элегантностью ты покоряешь и высасываешь из меня жизнь. Рождаешь фантазии, в которых я позволяю тебе делать все, что захочешь, с моим телом, получаю от этого немыслимое удовольствие и оставляю после этого в живых. Я хочу проводить с тобой время, слушать язвительные комментарии и позволять тебе совать любопытный нос во все мои дела. Хочу спать в нашей постели каждую ночь. Я хочу этого, но не могу себе позволить. Я Император, черт возьми! Ты и так имеешь надо мной слишком большую власть. Я не знаю, что мне делать с тобой дальше, но не позволю уйти от меня. Никаким способом.
Дариус шептал и шептал, не в силах остановится, выливая все, что накопилось в нем за четыре года молчания, лаская почти бессознательное тело и вонзаясь в него все быстрее и глубже. Доводя себя до оргазма и принимаясь за дело по новой. Не выпуская Маркуса из рук, не меняя позы и целуя его шею, плечо и ухо с серьгой бесконечно и неостановимо.
Солнце выскользнуло из бесконечной глади огромного озера внезапно и ярким лучом привело Дариуса в относительный порядок. Он кончил последний раз, выпустил Маркуса из рук, принял душ, намочил полотенце и обтер им демона, смывая с него следы своего присутствия. Сменил простыню, накрыл его одеялом, замер в раздумьях, а потом спустился вниз и снова устроился в кресле на причале, наблюдая за восходом солнца: красно-оранжевого, тускло мерцающего на безоблачном звездном небе и согревающего собой так редко появляющийся на этой планете легкий игривый ветер.
====== Глава 7 ======
