— Всё-то тебе знать надо, — шутливо рычу. Но тут же любезно отвечаю (учитывая недавние события): — В туалет. Сейчас буду.
И снова тропа гнилых яблок и прочих благовоний — кто-то, судя по всему, даже радугу здесь пускал после вчерашней неудачной попойки-перепойки.
Еще немного — и повернуть за угол дощатого склепа.
— Черт! — испугалась я и тотчас отдернулась назад.
Заржал Мирон:
— Почти угадала.
Ухмыляюсь. Шаг к нему ближе:
— Ты что… меня здесь подкарауливал?
— Ага, — гогочет. — Мест же больше нет. А тут такой… сплошной романтик, что аж зубы сводит.
Рдею невольно.
— Понятно… — отчасти обижено. Прячу взгляд под ресницами.
— Че те понятно? — с шутливым наездом. Движение на меня — и ухватил в свои объятия. Поддаюсь. Ход вслепую куда-то вбок — и повалил на забор. Жадный, шальной… поцелуй. До боли от жажды. От голода сжались мышцы внизу живота. Затрепетало сердце, будто всполошенная птица, чуя запах свободы. Чуя счастье. Бесстыдное блуждание рук по телу. Несмело вторю ему неопытной дурехой.
И снова что-то… где-то, кто-то. Скрип калитки. Неспешные шаги в нашу сторону незваного гостя. Силой выдираюсь, отталкиваю от себя своего захватчика. Недовольный, озлобленный, но подчиняется. Уступает. Стремительно делаю шаг в сторону, на расстояние приличия. Невольно облизаться.
Выдох.
— Пьяные ежики! — заржал вдруг. Скривился в ухмылке. — Реально, что со школьницей… И «грозный батя» где-то неподалеку. С битой и часами.
Рассмеялась невольно, уже краснея от стыда. На миг спрятала взгляд. А затем снова глаза в глаза:
— А бывало?
— А тебе всё скажи, — гогочет.
Показалась наконец-то из-за поворота наглая рожа, что так не вовремя нас перебила. Одна из девушек:
— А вы чего тут? — удивленно.
— Ниче, — живо, на нервах выпаливаю.
— Траву косим, — гыгыкнул Мирон и подмигнул ей, отчего та враз захихикала и залилась краской. Захлопала коровьими ресницами, строя невинно-соблазнительный, порочный вид. Сука.
Шумный вздох, и, недовольно скривившись от их странного флирта, при мне живой, я тотчас подалась к туалету. Едва только ухватилась за ручку в желании открыть дверь, как тут же послышалось за моей спиной:
— Ты только не свались туда… А то не охота туда за тобой нырять.
Оборачиваюсь резко. Глаза в глаза с Мирашевым, что уже и подоспел ко мне. Почти вплотную.
Улыбаюсь счастливо, как та дурочка, уже все ему прощая:
— А нырнул бы? — пунцовеют очередной «влюбленной овечки» щеки.
Ядовитая змея исказила вожделенные губы. Глаза прищурились и вспыхнул бесовский огонь:
— Ты тогда б уж точно… не расплатилась.
— А надо было бы? — удивленно вскинула бровями. Смолчал. Лишь коварнее взгляд стал. Решаюсь продолжить, сквозь смех: — А как же благородство рыцаря?
Загоготал враз:
— Рыцаря? — искреннее изумление. — Какой же из меня рыцарь? У них вон — меч! — кивнул куда-то в сторону.
— А у тебя че, нету? — язвлю, вторя его игривому настроению.
Захохотал громко. Вмиг приблизился ко мне и на ухо, не без пошлого намека:
— Пулемёт.
— Не ну, вы, блядь, трындеть тут собрались? Или по делу? Не ароматы Франции! — раздраженно гаркнула «сударыня» за нашими спинами.
Рассмеялись мы тотчас. Косой, беглый взгляд на нее. И снова очи в очи друг другу.
— Ладно, вали давай, — игриво рыкнула я на своего ухажера-«заливателя».
— А че, при мне стесняешься? — загоготал, бесстыдно замигав бровями.
— Извращенец, да? — кривляюсь сквозь улыбку.
— Кто бы говорил, — ехидно спаясничал. — Я хоть и пьян был, но помню вчерашнее.
Замялась враз смущенная я. Спрятала взор. Еще больше жар подступил к лицу:
— Я просто… я думала, там… — невнятно забормотала.
— Да шучу я, — резко перебил. — Ладно, иди. А то вон… твой надзирающий уже топчет сюда, нервничает, что я принцессу украду. И бесповоротно испорчу.
Улыбнулась. Пошагал прочь.
Дернула на себя полотно…
Выждала мгновения, дабы скрылся подальше… Но вдруг едкое, вторя хрусту и шороху отдаляющихся шагов: «Пись-пись…»
«Сука…» — позорно ржу, едва сдерживаясь от мокрого фиаско.
Разъехались. Кто куда… Меня забросили домой, к нам на квартиру с Женькой. Ритка же, как я поняла… явно не намеревалась отлипать от Мазурова. А Рожа — тот рванул к себе. Да-да, именно, к себе. Эти его (в частности Валик) товарищи-братья подсуетились с квартирой: сняли не столь далеко от центра однушку со всем удобствами. Так что как-то так. Кажись, все же примчали мы… в «светлое будущее».
Набухаться с Майоровым вусмерть — и еле добрести до дома. С десятого раза попасть ключом в замочную скважину…
…еще усердия — и кулем завалился в кровать, не раздеваясь.
