Теперь оставалось только ждать. Или же думать — например о том, кто же за них так основательно взялся? Исполнителями-то служили навозные гвардейцы, но вот хватка у них оказалась вовсе не навозной — кто же за ними скрывался? Здесь явственно проступала направляющая воля Истинного — многомудрого, всезнающего, изощренного в интригах и коварстве… Притаился в укромной норе, будто паук, и дергает за незримые нити, разбросанные по всей Империи. А от этих слабых рывков рушатся вековые твердыни, срываются с мест и сталкиваются целые армии, полыхают города и родовые замки… И еще эта странная связь между появлением рабов и незамедлительным обострением ситуации — Горн недаром ее подметил. Это же додуматься надо: использовать вездесущих голышей в качестве “глазков”!..
Эрику вспомнилось, как прошлым вечером транспортер наткнулся на обширную плантацию, где с прежней исправностью трудились сотни безучастных голышей, по случаю затяжного снегопада облаченных в дерюжные плащи. Мгновенно проснувшийся Горн вдруг выскочил из машины и сорвал с ближайшего голыша рабошлем, а тот, совершенно ошалев, неожиданно вцепился в шлем обеими руками, жалобно что-то лепеча. Взъярившись, гигант пихнул его в лицо, отшвырнув шагов на пять, и, кажется, едва сдержался, чтобы не пристрелить беднягу тут же. Обесшлемив еще двоих, Горн вернулся в транспортер и потом долго ковырялся в своих трофеях, раскурочивая на составные части, а тем временем вокруг, за снежной пеленой, усердно шныряли нагрянувшие невесть откуда “единороги”, и только обостренный слух да редкое везение позволили Стражам ускользнуть без стрельбы…
Эрик заглянул в кабину, чтобы проверить показания датчиков, и вдруг замер, различив в храмовой тишине размеренные шлепки. Бесшумно повернувшись, он направил на звук игломет. Секундой позже в стене сдвинулась потайная дверь и на виду показался щупленький голыш. Выставив перед собою тестер, он неторопливо зашлепал вдоль стены, похоже, отыскивая разрыв в здешней проводке. Эрик следил за ним с подозрением, прикидывая, не лучше ли его пристрелить, пока снова не всполошились навозники-гвардейцы,— но затем вспомнил о тысячах Низких, встреченных Стражами по пути в храм, и опустил игломет. Что нового сможет добавить электрик-голыш к воплям потревоженного гнездовья? Гвардейцы нагрянут в любом случае — важно их опередить.
Снова взглянув на датчики, Эрик удовлетворенно кивнул, быстренько уложил зарядный кабель, после чего развалился по центру кабины, где недавно восседала сама Ю, и с нарастающим нетерпением стал вглядываться в глубину коридора, поглотившего его друга и его богиню — единственных из живых, кем он по-настоящему дорожил. Те что-то не спешили возвращаться, и проклятое воображение с готовностью принялось подсовывать юноше картинки, одну кошмарнее другой, в подробностях объясняющие их затянувшееся отсутствие. Эрик совсем уже было созрел бросаться на выручку сгинувших спутников, когда наконец услышал знакомые шаги.
Оба, Ю и Горн, почти бежали, наплевав на ее божественное достоинство. Приблизясь, гигант молча подбросил девушку в кабину — Эрик едва успел отодвинуться — взгромоздился сам за управление и рванул машину с места. Проскакивая дворцовый тоннель, он проворчал: “Ну, теперь давай бог ноги”,— тут же лихо развернулся, уворачиваясь от набегающей своры “единорогов”, и во весь опор погнал транспортер вокруг дворца. Но из соседнего радиуса уже выскакивала им наперерез новая пара могучих вездеходов, черных из-за гвардейцев. Не замедляя хода, Горн мгновенно закрутил свою машину вокруг центра и в довершение невероятного пируэта с такой силой двинул ее массивной кормой по одному из “единорогов”, что отшвырнул его к дворцовой стене. Скрежеща лапами по мостовой, снова круто повернул и через освободившийся проход устремился к городским воротам. А следом за Стражами на радиальный проспект вынеслась тесная стая “единорогов”, подзадориваемая истошными воплями горожан.
С обычным хладнокровием Горн сгустил защитное поле в плотный Щит, прикрыв транспортер сзади, и сосредоточился на управлении, с каждой секундой наращивая скорость. И вскоре Эрик с изумлением обнаружил, что старающиеся вовсю “единороги”, эти знаменитые и непревзойденные рысаки, постепенно отстают от грузной машины, мчавшей уже во весь карьер.
— Что ты вытворяешь? — спросил он у напарника.
— А что?
— Но ведь транспортер не приспособлен для галопа!..
— Разве? — удивился гигант.— Чего ж раньше не предупредил?
Не удержавшись, Эрик фыркнул и снова оглянулся на погоню.
— Эти мне гвардейцы,— проворчал он с брезгливостью,— нелепая пародия на настоящих.
— Ну почему? — возразил Горн.— Внутри машин они ничуть не хуже Истинных, раз уж сумели вышибить тех обратно в горы.
— Но машины-то им дали мы!
— А нам — кто? — поинтересовался гигант и сам же ответил: — Хранители да спецы, направляемые подсказками Ю, а за кого они станут теперь, не знаешь?
— Ну, Ю-то пока с нами!.. Зато эти черные гниды только и стараются, как бы ее извести.
— А ты не задумывался: почему? — Горн флегматично осклабился.— Может, у них уже готова замена?
