– Я вернусь с тремя ветувьярами на счету, – Поклялся Ланфорд, – А вы поможете расстроить мою свадьбу. Я знаю, что это вам по силам.
– Да уж… Неужто невеста так плоха?
Ланфорд едва не поморщился от норовящих вернуться воспоминаний и страшных видениях о ночах с этой безликой и безголосой воблой.
– Женитьба в мои планы не входит, —Вывернулся он, – Семья – не для меня.
Биркитт задумчиво погладил темную бороду:
– Я смогу, конечно, поговорить с Нэриусом…
– Так ли сильно этот брак нужен ордену? Сомневаюсь, – Продолжил гнуть свою линию Ланфорд, – Да и к тому же, если я убью последних ветувьяров, надобность в камарилах отпадет.
– На свете сыщется другая скверна, – Заверил Биркитт почти церковным тоном, —Всегда найдется, с чем бороться.
Да, ведь в этом и суть их ордена. Они борются. Борются уже пятьсот лет – королевства исчезают и появляются, время движется вперед, а орден Истинного Лика все еще истребляет исчадий зла. И будет делать это вечно.
– Так я… могу на вас рассчитывать? – Этой свадьбы нужно избежать любой ценой. Ланфорд осознал это почти сразу, но всю важность этой идеи понял лишь разговаривая с Робином.
Из одухотворенного и возвышенного Биркитт вновь стал суровым и строгим – между густыми бровями пролегла глубокая морщина, губы сжались в тонкую нить:
– Для начала убей мне всех двуликих. Потом подумаем, как освободить тебя от этой девицы.
Вся прелесть дипломатии заключалась в том, что она всегда начиналась по расписанию. Перед тем, как приступить к жонглированию перед кем-то туманными фразами и пустыми, но красивыми обещаниями, можно было хотя бы подготовиться.
Больше плюсов у дипломатии не было – разве что всякие пиры и званые ужины, но и там могли сэкономить на вине и подать подгоревшее мясо.
Тейвон поерзал на своем кресле – точнее, троне – и покачал затекшими от долгого сидения ногами. Одно только то, что двисетский посол заставлял столько ждать, уже было неуважением и наводило на определенные выводы, но Тейвон был терпелив. Он ждал и мог прождать еще несколько часов. Другой вопрос – сколько королевское ожидание будет стоить Двисету?
– Как думаешь, может, он умер по дороге? – Предположил Тейвон.
Престон неотрывно смотрел на стоящую возле входа в тронный зал охрану, ожидая, что в любой момент они откроют высокие двустворчатые двери и отступят в сторону, пропуская иностранного посла со свитой.
– Тогда на его место сразу же должен явиться заместитель. И уже быть здесь, – То ли принял шутку, то ли нет, адмирал.
Тейвон расправил ярко-бордовый рукав своего камзола и задумчиво покрутил перстень на пальце. Текли минуты, а двисетца все не было.
– Он испытывает мое терпение, – Буркнул король, – Что ж, я подожду еще.
– Джеррет бы уже все бросил и ушел, – Хмыкнул стоящий возле трона Престон, – У них в Канабелле он так и сделал… Правда, потом ему пришло письмо с извинениями и ящик вина из королевских запасов, так что пришлось господ извинить. Не понимают они, что значит приходить вовремя!
– Джеррету проще, – Протянул Тейвон. Иногда он думал, что будет, поменяйся они с ветувьяром местами: удержит ли вспыльчивый наглец королевство? Сможет ли он сам громить имперские корабли и командовать моряками?
– Опять сравниваешь, да? – Престон с суровым осуждающим видом наклонился к другу, – Себя и его? Может, хватит? Вы оба нужны там, где вы есть, и точка.
Тейвон собирался согласиться, сказать, что ветувьяры на то и разные, чтобы не было желания проживать одну жизнь вместо двух, но тут двери наконец-то распахнулись, пропуская в зал нескольких одетых в синее человек. Впереди семенил блаженного вида старикашка с морщинистым лицом, но, как ни странно, еще не полностью седыми волосами. Когда он наконец доплелся до трона, Тейвон поднялся и ответил на поклон гостя легким уважительным кивком.
– Что за неудобство задержало вас на столь продолжительное время, господин посол? – Усаживаясь на трон, Тейвон закинул ногу на ногу и подпер рукой подбородок. Ему рассказывали, что обычно так сидел Джеррет – пусть старикашка ощутит дежавю – но поза и впрямь приятная – чувствуешь свое превосходство.
Посол с забавным по меркам кирацийцев именем Хильмур Хальтур нахмурил слишком большие для мелкого худого лица брови, отчего Престон за спиной сразу же продублировал:
– Господин посол, вы задержаться продолжительный время какой-то неудобство?
Старик поднял руку, жестом останавливая адмирала:
– Не надо. Я понимать слова Его Величество без вы перевод.
Престон отступил чуть назад, а Тейвон приготовился слушать то издевательство над кирацийским, которое называлось двисетским диалектом. Языки им с сестрой преподавали с раннего детства, но эту тарабарщину Тейвон намеренно обделил вниманием – понять ее особого труда не составляло, другое дело – что-то осмысленно на ней сказать. Джеррет это мастерство постиг с легкостью, но по причине того, что провоевал бок о бок с двисетцами половину своей карьеры.
– Сегодня утро я узнать важный новость, что вы сестра намеренно скрыть от я. Смерть одна девица принцесса…
Вот ведь гнида! Все-то ты пронюхал!
