Подошедшая послушница присела на колено, склонив голову и передавая нам с сестрой наши священные символы, за которые я ей благодарно кивнул.
С запозданием я заметил новое действующее лицо, а именно деву битвы, что мирно стояла в стороне, чего-то ожидая. Рэндалфр нервно ходил поблизости как от нас, так и от змея, периодически дёргаясь, вплоть до удара уже по трупу аспида, кидая на меня сверлящие взгляды, в которых были вопросы, вместе с постепенно угасающей яростью скандинава. И, кажется, мне предстоял разбор полётов… хочу я того, или нет.
Корабль морских эльфов нарочито-медленно приближался к берегу, как бы давая нам время на что-то… и ярл дал знак, что хочет поговорить наедине.
Когда мы отошли в сторону, он сначала помолчал, как бы подбирая слова. Уже находясь рядом, я слышал его дыхание — хриплое, словно у загнанного коня, а также вздутую, покрасневшую вену на шее. Молчание и сдержанность за ним были не слишком свойственны, как и эта пауза, что ощущалось отлично от того, что могло быть раньше… после чего он, на выдохе, сказал ровно одно слово.
— Почему?
В этом хрипе было куда больше чем просто вопрос. Ещё больше было в его светло-голубых глазах — грань между холодной и пылающей яростью, давая понимание что от ответа многое может измениться… вплоть до моментального изменения в виде атаки.
Пытаться сказать, что я выбрал его из-за квеста — дурная, в самом зародыше, идея, которая наверняка приведёт к далёким от приятных последствиям.
— В момент, когда ты ринулся на аспида, — начал я импровизировать и тянуть время многословием. — Я будто увидел иное будущее. Нечёткое и очень далекое, но связанное с тобой и твоим кланом, — ненадолго замолчав, подбирая следующие слова, я продолжил. — Я увидел запустение, которое последует за твоей смертью. Я увидел не Рагнарёк с достойным боем, а лишь пустое поле Хельхейма, на котором видно лишь страдание твоих людей. И там же я увидел иной проблеск, который будто сиял золотом, подобно свежей пшенице и солнцу, но лишь с твоей жизнью. Ты стоял в этом поле, смотря в небо и ожидая свой, достойный, Рагнарёк.
— Ты хочешь сказать, что бой против морского змея — недостойный бой? — медленно проговорил он.
— Это достойный бой… но не для тебя, — он дёрнулся, словно получив пощёчину, а я продолжил. — Даже сразись с ним в достойном бою, сейчас бы ты погиб, оставив свой клан. Оставив своих людей… — я прищурился. — И не только. Ты бы погиб как воин, но не как ярл.
— Несмотря на свой вид, он говорит верные вещи, — проговорила медленно подошедшая дева битвы. — Он понял то, как ярл должен вести своих людей.
— Но он также ринулся вперёд, пожертвовав собой, — парировал это Рэндалфр.
— Такие как он восстают, сколько бы их не убивали. Но он поступил достойно, чем и заслужил воскрешение, спасая не столько тебя, сколько твоих людей, молодой ярл.
— Вот как… пусть будет по твоему, Алфхилд. Надеюсь, в тебе говорит не твоё имя, — проговорил ярл, после чего, не получив от неё ответ, кивнул сначала мне, а потом ей. — Прибыли морячки, лорд. Думаю, с тобой захотят поговорить.
Словно поджидая момент, корабль морских эльфов пристал к берегу, а с него неторопливо спустился Аллир, которого сопровождало практически два десятка бойцов… не учитывая тех, что остались стоять у машинерии на их судне.
Как на подбор, они выстроились в две линии по десять человек, а перед ними стоял их предводитель. Все они были снаряжены одинаково — кольчуги, каплевидные щиты, которые они удерживали и копья за спинами, вместе с короткими мечами на поясе. Их будто всех отштамповали, не оставив даже иллюзии эльфийской индивидуальности.
Действительно, это выглядело будто отголосок и осколок римского легиона, который явился в этот мир.
Скандинавы, от этого зрелища, невольно сбились в одну группу, также приняв около-боевое построение, а мои эльфы поспешили отойти в сторону от обеих фракций.
Аллир поднял согнутую в локте левую руку, давая знак своим людям остановиться, после чего один пошёл вперёд, явно не опасаясь возможной атаки… либо понимая, что им сейчас ни мы, ни викинги, особо ничего не противопоставим.
— Salve, Мэйзар’Диирн. Мы выполнили обещанное и желаем забрать то, что принадлежало нам, — его аура не ощущалась столь тяжело, как в первый раз, но он всё ещё давил своим присутствием.
— Salve, Аллир’дет. Ты так и не сказал, что принадлежит вам, из того, что было у этого монстра.
— Копьё, что я даровал его предку. Он его утратил в бою.
— Ты? Даровал моему предку? — Рэндалфра же аура, судя по всему, давила не столь сильно. — И за что же, позволь спросить?
— Приданое за дочь, — отрубил он, смерив скандинава пустым взглядом. — Как и предок.
— Это будет справедливо, за оказанную помощь, — поспешил отметить я, за что поймал прищур от ярла. — Но разделка монстра займёт время.
— Мы примем в этом участие, — сказано это было так, словно мы не можем отказаться.
Впрочем, мы и правда не могли от этого отказаться.
