— Кажется, я знаю, кто, — медленно сказала я, потому что вспомнила о некой парочке, бодрствующей этой ночью вместе со мной.
— Знаешь?
Сириус появился на фоне окна, свет с улицы четко обрисовал его силуэт.
— Незадолго до встречи с Пожирателями я едва не столкнулась с Малфоем и Паркинсон. Они о чем-то шептались, сначала я не поняла, о чем, а сейчас…
— Малфой и Паркинсон? — переспросил он, в его голосе чувствовалась недоверчивость. — Ты уверена?
— Ну да. Уверена, что это были Малфой и Паркинсон. А вот в том, что они говорили — не очень, имен они не произносили. — Я немного помолчала, вспоминая. — Они говорили о ком — то, кто не доверяет кому — то и о ком — то, кто поручил что-то сделать Паркинсон. И теперь у меня складывается впечатление, что речь шла о…
— Волдеморте?
Я невольно вздрогнула. Что за ерунда? Когда кто-нибудь произносил при мне это имя, у меня появлялось нехорошее предчувствие. Неужели так повлияли на меня давние слова Снейпа? Кстати, о Снейпе…
— О нем самом. М-м… Сириус, ты не знаешь, где Снейп?
Силуэт возле окна переместился вправо и пропал на мгновение в темноте. Затем я увидела Сириуса рядом.
— Снейп? — удивленно сказал он. — Понятия не имею. А почему ты спрашиваешь?
Правда, зачем спросила? Кто он такой, чтобы я о нем беспокилась?
«Да потому что ты ему тоже должна, — вкрадчиво, совсем по — снейповски, сказал внутренний голос. — Ты просто не можешь жить спокойно, имея за душой долг.»
Господи, да я всем обязана! Что мне теперь, разорваться?!
— Кэрроу видели Снейпа в твоей компании, там, в Хогвартсе. Вы прошли мимо нас… Они пообещали устроить Снейпу веселую жизнь. Вернее, этот Амикус сказал, что… Темный Лорд предательства не прощает.
Я замолчала, прислушиваясь к ночным звукам и дыханию Сириуса.
— Я бы не беспокоился так о Снейпе, — сказал он с легкой усмешкой. — Он мастер изворачиваться. Наплел же он что-то сперва Дамблдору, и тот его принял, как будто ничего и не было, а потом Волдеморту…
— Сириус, прошу тебя, не произноси это имя!
Я вновь умолкла, едва не поперхнувшись. Что на меня нашло?
Кровать немного прогнулась — рядом сел Сириус.
— Что это значит? Какова причина твоих слов?
А что мне ответить? Что Снейп посеял во мне зерно сомнений?
— Виктория?
Сириус взял меня за плечи и повернул к себе, так как я продолжала сидеть, словно набрав в рот воды.
— Прости, немного перестаралась…
— Так почему ты это сказала? — настаивал он. — Раньше ты свободно произносила имя Волде…
— Сириус!
— Я ничего не понимаю!
— Это Снейп сказал… — вздохнув, сказала я и осеклась.
Вноваь произносить имя Снейпа, кажется, было ошибкой: руки Сириуса, лежащие на моих плечах, ощутимо напряглись.
— Снейп? Сказал? Что он тебе сказал?
Я чуть расслабилась. Ну нельзя в самом деле опасаться реакции Сириуса. Я что, не могу говорить о чем вздумаю? Просто Снейп у него как раздражитель, как красная тряпка перед рязъяренным быком.
— Он сказал, что у стен могут быть уши, правда, говорил он это в Хогвартсе… То есть лучше всего имя… э-э… Темного Лорда не произносить вслух.
— Ерунда, Виктория. Ничего от этого не переменится. А Пожиратели смерти не называют Волдеморта по его прозвищу. Не обращай внимания на слова Снейпа, мало ли что он говорит. И вообще, когда ты успела с ним пообщаться?
Интонация его голоса поменялась, теперь в нем проскальзывали нотки возмущения.
— Сириус, ты же сам говорил, что мне можно его не опасаться. Так или нет?
— Так, — нехотя согласился он. — Но я не имел в виду, что ты можешь болтать с ним о чем угодно!
— Я и не болтала! К твоему сведению, я не по своей воле отправлялась в подземелье, чтобы мило поговорить со слизеринцами и их деканом!
В порыве чувств я вскочила на ноги. Не люблю выставлять напоказ свои эмоции, но тут во мне словно включилась какая-то кнопка, снявшая все барьеры. Если мы с Сириусом продолжим в том же духе, то поссоримся.
— А кто тебя туда отправил?
— Это… не важно. Главное, Снейп здесь ни при чем.
— Ты что, его защищаешь? — недоверчиво и в то же время с интересом спросил Сириус. — Похоже, это у вас в крови.
Я, открывшая уже рот для дальнейших протестов, замерла на полувздохе. Теперь уже я ничего не понимала.
— У нас? У кого это — у нас?
— Ведьм из семьи Эвансов, — вставая, сказал он.
Я вновь заткнулась, потрясенно хлопая глазами. Мне не нравятся такие шутки.
— Подожди, ничего не говори.
Как будто я могла что-то сказать. Мне от возмущения не хватало воздуха.
— Виктория, как только ты рассказала про девушку из твоего сна, которую ты узнала на колдографиях Гарри, я сразу понял…
— Что? Что ты понял? — мой голос наконец прорезался, и я заняла оборонительную позицию. — Что я — Эванс? Это смешно!
— Ведь та девушка — Лили?
Сириус приблизился ко мне, вглядываясь сверху вниз в мое лицо.
— Да… — выдавила я. — Но это ничего не значит.
— А какое другое может быть здесь объяснение, Виктория? — очень осторожно спросил он. — Вы с Лили похожи, и твой сон, и колдография — все это части одного целого.
Все это, конечно, звучало убедительно и довольно логично, по крайней мере для самого Сириуса, но его словам я не верила. Слишком нереально.
