Узкий колодец, с шестью кипарисами вокруг, был наполнен водой настолько прозрачной, что лучи солнца достигали острых камней на дне. Дорожка из плитняка, что вела к нему, была не серой, как на иллюстрации, а играла всеми мыслимыми оттенками белизны. Бездна внутри каменных бортиков была бесконечно синей и удивительно спокойной. Ветер едва тревожил поверхность, хотя громко шумел листвой кипарисов.
– Совсем не похож на тот, что в Хасстреле, – благоговейно прошептала Сафи.
Иврена кивнула:
– Каждый Колодец неповторим. Например, монастырский находится на одном из самых высоких пиков в Сирмаянских горах и почти всегда укутан снегом. И вокруг вместо кипарисов – сосны… – Она повернулась к Сафи: – А как выглядит Колодец в Хасстреле?
– Он под обрывом, – сказала Сафи, опускаясь на колени. Взгляд ее затуманился – она видела картины прошлого. – Вокруг росли шесть буков… и сейчас, наверное, растут. Когда шел дождь, в колодец сверху лился водопад.
Иврена снова кивнула.
– Здесь то же самое. – Она указала на каменную плотину, рассекавшую напополам восточный кряж. – Раньше водопад стекал в ущелье, но теперь он появляется только во время бури.
– Давайте посмотрим? – предложила Ноэль, которой хотелось взглянуть на ущелье. В книге про него ничего не было.
– Может, сначала отдохнешь? – предложила Сафи, хмурясь. – А еще лучше – давай, Иврена тебя сперва полечит.
– Вот именно, – подхватила Иврена, приобняв Ноэль за талию и подводя ее к спуску в колодец. – Мы тебя разденем, и ты спустишься в воду.
– Как, целиком разденете?.. – испугалась Ноэль и встала как вкопанная.
– Очистить нужно не только рану, – объяснила Иврена, настойчиво подталкивая ее к колодцу. – Если в этой воде осталась какая-то сила, то лучше погрузиться в нее целиком… – Помолчав, она добавила: – Здесь только мы. А если кто придет, ты будешь в воде, тебя не разглядят.
Ноэль это не убедило. Теперь она отчаянно жалела, что преувеличила свои страдания. Но Нити Иврены и Сафи нетерпеливо переливались фиолетовым.
– Хочешь, я тоже разденусь? – произнесла Сафи и тут же схватилась за низ рубашки. – Если кто придет… – Она мигом стащила рубашку через голову и продолжила: – Я буду плясать голая и отвлеку их от тебя.
Ноэль рассмеялась. У нее не было шансов выиграть этот спор.
Сафи лихо швырнула рубашку на плиты, и Ноэль нехотя принялась расстегивать пуговицы. Вскоре обе были совершенно нагими, только на шеях мерцали камни. Сафи помогла ей забраться в воду – и до чего же она оказалась холодной! – а Иврена тоже разделась.
Монахиня скользнула в Колодец, по поверхности пошли еле заметные круги, а ее кожа покрылась мурашками.
– Ноэль, дай мне руку, – сказала она. – Я приглушу боль, чтобы ты могла поплыть.
– Куда поплыть?.. – не поняла Сафи, плюхаясь в купель рядом с Ноэль и разбрызгивая воду. – Зачем ей плавать?
– Целебные свойства Колодца сильнее всего в центре на самом дне, – объяснила Иврена. – Если она сможет хотя бы на долю секунды прикоснуться к самому Источнику, это ее полностью исцелит.
Ноэль почесала нос мокрым пальцем. У нее было больше сил, чем думали Иврена и сестра, но все же не столько, чтобы использовать правую руку, – даже просто вытянуть ее было больно.
– Про центр Колодца – это правда, – произнесла Сафи, явно ощущая ответ магии. Она взяла Ноэль за левую руку и сплела свои пальцы с ее. – Я нырну вместе с тобой, и мы попробуем доплыть до дна. Я же не просто так расправилась с морскими лисицами и сломала жизнь принцу… – Она рассмеялась, но смех получился чуть фальшивым и отозвался тревожным звоном в Нитях.
Ноэль поняла, что Сафи даже сейчас думает о Мерике, и у нее похолодело внутри. Эгоистично, но Ноэль хотелось, чтобы именно в такой момент сестра была полностью с ней. Чтобы никто не участвовал в этом чуде, кроме них и Иврены. И никаких непрошеных гостей наяву или в мыслях.
Нырять не хотелось, но она протянула руку Иврене. Вскоре она почувствовала знакомое тепло в предплечье, плече, пальцах – и наконец легкая гримаса боли на лице, уже ставшая привычной, разгладилась, а легкие будто вспомнили, что дышать можно не только вполсилы.
Возможно, она все же недооценивала серьезность своей раны.
– Готова плыть? – спросила Иврена, голос ее дрожал от напряжения, но глаза и Нити оставались спокойными. – Я помогу, если надо.
– Я сама, – отозвалась Ноэль, разминая плечо. Затем вздохнула. – Ах, если бы существовали камни, убирающие боль так, как источник…
Иврена наморщила лоб.
– Но они же есть. Ты же пользовалась… А! Это была шутка!
Ноэль невольно улыбнулась – Иврена начала понимать ее юмор! А Сафи расхохоталась. Затем она опустилась в воду и поплыла, увлекая Ноэль за собой.
Вместе, отталкиваясь от воды ногами, как лягушки, они направились к центру Колодца, поднимая в воде бурю пузырьков.
– Держись, – сказала Сафи, – сейчас я тебя потащу ко дну.
– Я могу сама.
– А я тебе не дам! Ты не чувствуешь боли, но это не значит, что ее нет. Давай, задержи дыхание.
Ноэль набрала в легкие воздуха.
Сафи нырнула под нее и вскоре потащила Ноэль вниз. Оказавшись под водой, Ноэль открыла глаза.
