Он встретился с мастером Шелковой гильдии, безоружным и бесстрашным. Ожидающим смерти. Готовым умереть.
Но Эдуан никогда не сражался с беззащитными. Он едва успел перенаправить свой меч, взмахнул им и вывернул вправо. Оружие скользнуло мимо плеча мастера, слегка коснувшись шелкового халата.
Мастер гильдии даже не пошевелился. Его глаза были закрыты, и его, казалось, не заботило то, что Эдуан чуть не рассек его пополам. Мастер даже раскинул руки, будто говоря: бери мою жизнь.
Но его глаза не открывались, а лоб был сосредоточенно наморщен. Мастер был сконцентрирован на волшебстве, которое происходило где-то в другом месте. Этот человек и был ведуном Иллюзий. Человек, которого Эдуан знал через Йотилуцци, они обедали вместе тысячи раз. Человек, который возглавлял Шелковую гильдию и носил отметку Портного, но не был портным.
Он был ведуном Иллюзий и, по какой-то причине, – частью плана похищения Сафии с бала. Когда осознание захлестнуло Эдуана, он также понял, что потерял запах Сафии. Она удалилась уже более чем на сто шагов, а значит, ему придется искать девушку, словно собаке в лесу на охоте.
Еще один сдавленный крик сорвался с губ Эдуана, он отпустил мастера гильдии и побежал к выходу. Где, ряд за рядом, под ослепительно белой луной стояли солдаты.
Эдуан сразу подсчитал – четыре ряда по пять. Ничего такого, с чем он не мог бы справиться. На самом деле, это было почти смешно. Двадцать человек не могли остановить его. Все, что они могли сделать, это задержать его – в лучшем случае. С мечом и ножом он метнулся вперед, чтобы встретить атаку первой шпаги, но когда четыре стрелы арбалетчиков вонзились в его грудь, он понял, что все эти люди были подготовлены к поединку с ним. Они действовали так согласованно! Целая армия, которой было приказано задержать одного человека. Когда Эдуан пробился сквозь стрелы, ножи и мечи, он был слишком вымотан, чтобы продолжать выслеживать девушку по имени Сафия. Так что он сделал то, что редко когда-либо делал, потому что ненавидел впутываться в долги жизни.
Но ему нужна была помощь, чтобы поймать Сафию. Это был его единственный шанс. Он сжал синий опал в левом ухе и прошептал: «Приди». Синий свет блеснул в уголке его глаза, магия пробежала вниз по телу. Камень Нити ожил. А это означало, что каждый каравенский монах, который находится поблизости, придет на помощь Эдуану.
Сафи мчалась по мраморному холлу Дворца дожей – это дядя Эрон тащил ее за собой с такой скоростью, что у нее закружилась голова. Она никогда не видела, чтобы он бегал так быстро, и не имела ни малейшего представления о том, что происходит.
Огни померкли, и вдруг рука Хабима обхватила ее. Она понятия не имела, каким образом узнала это – скорее всего, о себе дали знать годы, за которые она бесчисленные разы пожимала его шероховатую ладонь, но она почувствовала, что это он, и последовала за ним без лишних вопросов.
Огни снова вспыхнули прежде, чем она, Хабим и дядя Эрон успели выбежать из зала. Тем не менее, ей показалось, что никто не увидел их. Большинство взглядов были направлены на то место, где она только что стояла, а немногие обращенные в ее сторону скользнули мимо.
Она кинула быстрый взгляд назад и увидела «себя». Ее отображение стояло и двигалось точно так же, как это делала сама Сафи. «Ложь, ложь!», – вопила ее магия. Это значило, что где-то неподалеку действовал ведун Иллюзий…
Затем Хабим потащил ее в темный зал, и все, что Сафи могла сделать, – это попытаться подобрать свои серебристые юбки. Потому что они снова бежали. Она и Эрон мчались через зал, а Хабим старался не отставать.
– Быстрее, – зашипел Эрон, не глядя на племянницу. Он так и не объяснил, в чем заключался его план, но целью явно было ее освобождение, так что она не собиралась сопротивляться. Дядя Эрон не объяснил ей многих вещей и исказил правду, но не врал о том, что случится сегодня вечером. Сейчас полночь – и она покидает это место.
Стук их каблуков эхом раздавался по залу, будто грохотали барабаны городской стражи… И тут внезапно прогремел взрыв. Это было пламя – пламя Хабима. Сафи знала этот звук так же хорошо, как и его мозолистые руки.
Но она не могла взглянуть назад – это было бы большой ошибкой. Ведь она упадет и распластается на полу, если отведет взгляд от светловолосой головы Эрона и отвлечется на любую мысль. Ей можно думать только о том, чтобы ноги двигались быстрее.
Они были почти у дверей в сады дожей, когда Сафи увидела вспотевшего и сосредоточенного белокурого мастера Шелковой гильдии. Но у нее совсем не было времени подумать о том, что и почему делает здесь мастер Аликс. Она просто перепрыгнула через порог и попала прямиком в окружение армии, носившей красную форму Далмотти.
Крик отчаяния подступил к горлу, но она увидела, что Эрон начал как ни в чем не бывало пробираться сквозь эту толпу, а солдаты, один за другим, отдавали ему честь.
