Шаг — призрачная фигура становится плотнее. Мои руки дрожат, и я чувствую, как напряжен Габриэль. Еще шаг — почти человек… Еще немного… Шаг, еще шаг — уже можно разглядеть пыльный мешковатый костюм. Сердце бешено колотится, а по лицу катятся капли ледяного пота… Шаг — и я вижу его глаза, в которых плескается ярость и безумие. Ты ненавидишь меня, но больше ненавидишь самого себя… Шаг — и его лицо передо мной… Губы двигаются, и я слышу:
— Помоги мне…
Пора…
— Стреляй!
Я кричу и бросаюсь на пол, не обращая внимания на боль в ушибленных коленях. Выстрел кажется мне таким оглушительным, что я на несколько секунд теряю способность слышать… В ушах стоит противный звон…
Желтый свет пропал, заменив собой тусклое излучение длинной грязной лампы, единственной в подвале. Брэдли Колман лежал на спине с открытыми глазами. Его губы беззвучно двигались, а пальцы царапали пол. Чуть ниже плеча медленно расплывалось пятно крови.
Габриэль бросился ко мне, порывисто обнял.
— Больше никогда так не делай, слышишь? — шептал он. — Ты ведь обещала, обещала мне!
Я обняла его в ответ и закрыла глаза. Прости меня, милый, я должна была…
Раненого Брэдли маги из Особого отдела увезли в свой госпиталь. Он был в сознании и продолжал смотреть на меня. Хотел сказать что-то, но разобрать я не смогла. Я проводила его до самых дверей кареты скорой помощи. Он так не хотел вновь оказаться в руках магов, но не смог этого избежать. Прости, Брэдли, но иначе это никогда бы не закончилось.
Роланд отдал последние распоряжения подчиненным и взглянул на меня. Мне показалось, что в его глазах светилась гордость за собственное творение. Я отвернулась, не в силах смотреть на него, и натолкнулась на тяжелый взгляд Габриэля.
— Пришлось вызвать его, — произнес он с непередаваемой интонацией. — Все-таки это дело магов.
— Джой!
Я обернулась, а Габриэль взял меня за руку, будто собираясь сейчас же увести меня отсюда.
— Мне нужно поговорить с ним, — попросила я. — Отпусти.
Мужчина нехотя выпустил мою ладонь, и я пошла к Роланду. Я теперь могла смотреть на него смело, не чувствуя привычной неловкости. Всего лишь маг. Всего лишь человек, который однажды оказался рядом в нужный момент… И к чему было делать из него кумира?
— Я справилась. Вы довольны, учитель?
— Не сомневался в тебе, Джой. Никогда… Пойми, все, что я делал, было необходимо… Для тебя, для дела…
— Это уже не важно, — равнодушно сказала я. — Вы что-то еще хотели мне сказать?
— Джой, я понимаю, что ты обижена, рассержена… Но мы связаны с тобой. И так будет всегда.
— Это ничего не значит…
— Это значит, что ты нужна мне!
— Для чего? Во мне есть еще что-то, что нужно исправить? Найдите лучше себе новый объект.
Я развернулась, чтобы уйти, но Роланд меня удержал.
— Джой, я могу дать тебе все, о чем ты мечтаешь. Я могу дать тебе любовь…
— Вы не знаете, что такое любовь, мистер Коллинз, — произнесла я, глядя ему прямо в глаза.
Роланд удивленно посмотрел на меня, а потом усмехнулся.
— А ты сама-то знаешь, Джой?
Да, Роланд, для тебя я навсегда останусь жалкой неудачницей, которой ты милостиво согласился подарить свое внимание. Но мне это больше не нужно, потому что я не такая…
Я не стала ничего отвечать ему. Просто улыбнулась и ушла.
Страсти вокруг мага-маньяка понемногу утихли, и жизнь пошла своим чередом. С Роландом я больше не виделась и на его звонки не отвечала. Пора было уже закрыть эту страницу своей жизни. Габриэль через свои связи узнал, что Брэдли до сих пор в госпитале, но уже идет на поправку. После его отправят в тюрьму для магов, и оттуда он уже вряд ли вернется. Сам же инспектор усиленно занимался давним делом об экспериментах над студентами. Мистера Лонца и других преподавателей, причастных к этому, скоро ждал суд.
Я вернулась в родной университет и с головой погрузилась в работу. Больше никаких расследований и убийц, хватит. Способностями я не пользовалась, хотя чувствовала в себе магию. Самоконтроль никуда не делся, но мне по-прежнему было тревожно, что однажды все будет снова, как в детстве. Впрочем, особого беспокойства не было.
Габриэль встретил меня после работы, как уже было однажды. Я увидела его, стоящего около машины, и на меня нахлынули воспоминания. Я вспомнила тот вечер, когда мы любовались ночным городом, и я впервые почувствовала, что между нами что-то есть. Даже забыла о расследовании.
Габриэль молча открыл мне дверь автомобиля, и я устроилась на пассажирском сидении, наслаждаясь теплом после пронизывающего ветра на улице. Мужчина сел рядом, но трогаться не спешил. Он смотрел на меня, а я от смущения прятала глаза.
— Мне показалось, что ты меня избегаешь, — произнес он. — Я знаю, все, что произошло было для тебя испытанием, хотел дать тебе время…
— Мы оба были немного заняты… — виновато проговорила я.
Да, боялась. Все вспоминала то последние стихотворение о тишине. Неужели я рано или поздно потеряю Габриэля? Неужели мне снова будет больно? Я так привыкла этого бояться, что уже не могла иначе.
Мужчина придвинулся ко мне и приобнял за плечи. Его глаза казались черными омутами, в которые я неудержимо падала.
