Казалось, время замедлилось, каждый виток и движения пальцев Мокоши и Витены стали обессиленными, разрыв уменьшался непростительно медленно, а голова Ильи опустела. Раненое плечо потеряло чувствительность, пальцы выпустили плетение. Юноша закричал от натуги, весь вес остался во второй и так обожжённой руке, нити скользили, сдирая кожу с ладони.
Он хотел позвать Морану и Мокошь на помощь. Богини должны удержать, но последующий предупреждающий крик застрял в горле, он онемел от охватившего ужаса. Илья не удержит, а они не успеют. Кружевное полотно прекратило выскальзывать, когда его схватил Александр, встав рядом. Илья испуганно вцепился в нити, но более не чувствовал веса, всё держал Александр.
– Малыш, отпускай, – раздался сзади голос Агаты.
– Отпускай, дальше мы сами, – согласился Александр и с мимолётной улыбкой указал на Лелу. – Позаботься о ней.
Илья растерянно кивнул, сбитый с толку. Руку на нитях по-прежнему жгло, содранная кожа причиняла зудящую боль, и всё же без веса ощущения перестали быть острыми и сводящими с ума. Александр держал крепко, несмотря на стремительно растущие ожоги.
Илья не разогнул пальцы, застигнутый врасплох неясным предчувствием. Он оглянулся на Витену с Мокошью, те были близки к завершению. Может, ещё пару минут. Плетение засветилось, обезумевшая нечисть снесла Алая и Рокеля, они даже не пытались их разорвать, просто стремились к нитям. Илью бросило из жара в озноб, он понял, что они уничтожат узор и восстановить его во второй раз сил уже не хватит.
Агата сбила Лелу плечом, спасая от упыря, с разворота отбила атаку двоих утопленников, вовремя отдёрнула нечисть прямо за остатки волос, когда тварь попыталась вцепиться в Илью, но не успела сделать замах для защиты Александра, поэтому преградила путь твари собой. Илья не мог поверить своим глазам, когда упырь впился ей в шею сбоку, одновременно остервенело распарывая живот когтями. Лела с криком вогнала кинжал Александра в глотку твари, и та затихла. Агата покачнулась, упала и больше не двинулась.
Звуки заглохли, земля перестала казаться устойчивой, покачиваясь, словно на волнах. Все происходящее напоминало нереальный сон. Александр издал сдавленный звук, деля боль от раны с Агатой. Илья во все глаза уставился на наставника, поняв, что видели его близкие, глядя на самого юношу. Он будто иссыхал изнутри, не только его руки кровоточили, но, держа нити, Александр… умирал.
Новый поток мощного ветра от Мораны разбросал нечисть, Илья покачнулся, но устоял.
– Отпусти, Илья, – взяв себя в руки, повторил Александр, сумев каким-то образом придать голосу спокойствия. Илья испуганно мотнул головой, лишь крепче цепляясь за нити.
Теперь он понял. Никто из них не выживет. Все было обречено с самого начала. Может, им и удастся восстановить полотно, но все присутствующие погибнут. Вероятно, не боги, но он, Лела, Агата, Александр, Рокель и Витена.
Александр и Агата осознали это раньше.
– Отпускай, – мягче повторил наставник, стараясь не смотреть на лежащую Агату. Несмотря на вымученную улыбку, в глазах не осталось ничего, кроме боли и отчаяния. – Отпусти. Агата уходит, позволь мне уйти вместе с ней.
Илья замотал головой, до скрипа сжимая зубы. Он всё понимал, но ужас остаться в одиночестве был выше страха смерти.
– Я горжусь тобой, ты со всем справился лучше, чем я мог мечтать, – игнорируя его упрямство, продолжил то ли упрашивать, то ли успокаивать Александр. Его тон был умиротворяюще ровным для ситуации. Разбросанные мертвецы принялись вставать. – Не хочешь спасаться сам, спаси Лелу. У тебя мгновения, как твари вновь сомкнут круг. Уведи её.
Александр бил по больному и знал это, улыбка тронула его губы, когда взгляд Ильи дёрнулся к девушке. Лела обнимала Агату, выставив кинжал, намереваясь защитить Мару.
– Отпусти меня, Илья. Я уйду с Агатой.
В глазах собрались злые слёзы, Илья разгневанно завыл и дал свой ответ, крепче ухватившись за нити. Он подтянул плетение вверх, чтобы забрать часть веса у Александра.
– Либо вместе, либо никак.
– Либо вместе, либо никак, – рассерженно повторила Лела, слыша весь разговор.
Александр несдержанно фыркнул, улыбка стала более живой, несмотря на боль во взгляде.
– Остановись, – велела Морана Витене, и девушка прервала работу, вздрогнув. Застыл весь мир, когда Морана схватила Мокошь за руку, вынуждая и её прекратить плести.
Вся нечисть замерла в движении, звуки заглохли, и даже колышущиеся от ветра кроны застыли в единственном мгновении. Лишь они продолжали двигаться: Рокель вскочил, скинув с себя обездвиженных противников, Алай, словно в отместку, ещё и обезглавил всех, кто оказался поблизости.
– Ты закончишь сама, – потребовала Морана, глядя только на богиню-пряху.
Кружево почти завершено, осталось соединить два края вместе.
Мокошь ответила долгим взглядом и, громко усмехнувшись, качнула головой, а затем едва сдержала веселье, ограничившись сдавленными смешками.
