Вместо того чтобы дать дёру, девчонка приблизилась на два стремительных шага, словно ответы были важнее побега. Перемена насторожила.
– Расскажу, если правдиво ответишь на мои вопросы, – поставил условие Илья, с демонстративной скукой присев на старый пень.
Русалка немного потопталась на месте, раздумывая, не лучше ли сбежать, спасая свою шкуру, но её испуганный взгляд блестел какой-то лихорадочной заинтересованностью.
– Хорошо. Спрашивай, – согласилась она.
Илья с трудом сдержал победную улыбку.
– Как тебя зовут?
Русалка недовольно надулась. Её упрямство веселило, Илье потребовалась вся выдержка, чтобы сохранить бесстрастное выражение лица.
– Лела, – с натугой и демонстративной неохотой призналась русалка.
– Сколько зим ты видела, Лела?
Имя сорвалось легко, мягко и приятно для слуха. Красивое имя.
– Не знаю.
Илья не заметил притворства. Александр говорил, что зелень в волосах указывает на длительность жизни. Какова она, раз сама Лела не помнила количества прожитых лет?
Имя старинного происхождения, подобные он встречал в книгах.
– Сколько тебе было лет, когда ты умерла?
– Восемнадцать, – глухо ответила она.
– Как это случилось?
Лела отвела глаза, нахмурила брови, напуская на себя рассерженный вид, но Илья уже приметил тоску и боль во взгляде. Он приоткрыл рот, намереваясь извиниться за бестактный вопрос, но заставил себя промолчать. Ему нужны были ответы.
– Меня утопили. Надругались, а потом утопили.
– Мне жаль, – со всей искренностью ответил Илья.
Русалка повела плечами, будто надеялась отмахнуться от его жалости.
– Я убивала, – дерзко выдала она, но Илья не повёлся на высоко вскинутый подбородок. Глаза по-прежнему выдавали задушенную горечь. – Мерзавца я убила. Утопила в том же озере.
– Полегчало?
Лела растерянно заморгала, вероятно, не ожидав такой реакции.
– Не очень.
Илья кивнул.
– Убьёшь меня теперь? Знаю я ваши правила. Тронешь людей, и… – Русалка провела себе по шее, Илья издал безрадостный смешок. Судя по всему, она утопила своего убийцу пару сотен лет назад.
– Только раз? С тех пор никого не трогала?
Лела замотала головой, отчего локоны волной заметались вокруг её хрупкой фигуры.
– Я никогда не видел русалку, – признался Илья.
– Потому что на этой стороне их не осталось. На этой стороне вообще почти никого не осталось. – Лела затравленно обхватила себя руками, словно ощущала неясный Илье холод.
Юноша задумался над смыслом её слов. Действительно, мертвецов они встречали всё реже. О большей части нечисти Илья лишь слышал рассказы и видел зарисовки в книгах Мар.
– Что ты имеешь ввиду? – уточнил Илья, заметив, как Лела потёрла левое плечо, успокаивая саму себя. – Ты говоришь о Мёртвых землях за грядой? Там есть русалки?
– Есть, но уже мало. Немного осталось.
– Если все там, то почему ты здесь?
– Мне нужно кое-кого найти. У меня договорённость.
– С кем?
Лела насторожилась и сжала губы.
– Откуда ты знаешь столько о Мороках?
Снова тишина.
– Кого ты ищешь?
– Александра.
Илья моментально встал на ноги. Лела отпрянула на шаг, её испуганный взгляд метнулся к кинжалу, рукоять которого юноша невольно сжал. Интерес и былая расслабленность исчезли, сменившись напряжением. Илья никогда не встречал разумную нечисть, а русалка, ищущая его наставника, не вызывала ни капли доверия. Он выругался про себя, осознав, как был глуп, позволив заинтересованности взять верх над предосторожностью.
– Зачем тебе Александр?
– Ты его знаешь? – с надеждой спросила Лела. Её лицо просветлело, когда она сама догадалась об ответе, губы тронула несмелая улыбка. – Знаешь! О, богиня-пряха! Пожалуйста, отведи меня к нему! К Мороку по имени Александр!
– Что тебе от него надо?
– Мне нужен не он, но Мокошь сказала, что он приведёт меня к видящему!
– Мокошь?
Сперва говорящая нечисть, теперь эта же нечисть утверждает, что знакома с богиней. Даже скажи Агата, что она встречалась с Мораной, Илья сразу не поверит.
– Да-да! Она обещала вернуть меня к жизни! Точнее не она, а Морана. Мокошь сказала, что Морана может меня оживить. У меня что-то с нитями… не знаю что, но Мокошь пообещала! Взамен она потребовала привести видящего, но богини не знают его имени, говорят, к нему приведёт Морок по имени Александр! – торопливо, едва не захлёбываясь словами выдала Лела, похлопав себя по загривку при упоминании о нитях.
Илья бы отмахнулся, если бы своими глазами не видел. Он лучше русалки понимал, что с ней, но та сама знать об этом не могла, кто-то ей подсказал. Вряд ли Мары. Но может ли быть кто-то, кроме них и… Мораны? Или самой Мокоши?
– Умоляю! Отведи меня к Александру!
Илья опешил, когда Лела схватила его за руку с жалобным видом. Русалку даже не насторожил тот факт, что Илья наполовину обнажил лезвие чёрного кинжала. Таким он перережет её нити с лёгкостью. Девушка, кажется, и не заметила. Она с отчаянной надеждой цеплялась за юношу. Кожа её ладоней была прохладная, холоднее, чем у живого человека, и всё же приятная, мягкая, как у юной девушки. Илья тряхнул головой, убрал кинжал, но отцепил от себя Лелу и отступил на шаг.
– Я тебе не верю.
