Вифлеемская Звезда полностью

Вот так и закончился эпистолярный роман. Сергея как молнией поразило, он даже не сразу поверил, что это могла написать Инесса. Бегло перечитав ещё раз ответ, он охладел от ужаса. Ему было нехорошо, очень нехорошо. Он в открытую был уличён в соглядатайстве. Такой резкой реакции на свои действия он никак не ожидал. Ходил по квартире, но очень отрешённо. Ему хотелось плакать. Он потянулся к розе и укололся её шипами. Всё, что он теперь мог, это послушно избавиться от своей привычки. Ничего отвечать ему и в голову не пришло. Да и что уже тут ответишь — всё и так ясно и понятно. Глупо было бы рассчитывать теперь на что-либо. Все его планы и воздушные замки стали рушиться. Равнодушно пережить он почему-то не мог. “Буду я ещё из-за этого расстраиваться. Подумаешь, было и было. С кем не бывает? Что я так к ней привязался? В самом деле, цирк на дроте устроил”. — говорил он сам себе, чтобы утешить, но слова помогали что об стенку горох. Принялся есть, но еда показалось тяжёлой, безвкусной и вязкой. Он так и сказал, что сегодня есть не будет. Пошёл в свою комнату, закутался в одеяло и лёг к стене, чтобы его лица было не видно. Елена удивилась:

— Ты что, уже спать?

— Да. — как будто тявкнул брат.

— Так ещё же рано. Я ещё мультики на ночь хотела посмотреть.

— Не сегодня. Не трогай меня.

Сестру его поведение напугало, и она побежала рассказать об этом Алёне Витальевне. Мать подошла к лежащему сыну и поинтересовалось, что случилось, может обидел кто-то или нездоровиться. Сын грубо сказал, что ничего у него не случилось, просто лёг пораньше, и ничего в этом удивительного нет. Алёна Витальевна ему не поверила, однако, всё-таки отстала, и наказала сестре не приставать к брату. Сергей даже не представлял, как ему завтра выйти в школу, и при этом находиться с Инессой в одном классе. Его распирала горечь и стыд. Он не понимал, что он сделал не так. Он же стал лучше, ответственнее, а получил ровно то, чего боялся. И это его так подкосило.

Он так и не понял, плакал ли он тем вечером или нет, но на следующее утро без особой охоты отправился в гимназию, не сделав за вчера ни единого урока. С его лица пропала краска, выглядел он очень помято и нездорово. Из-за отсутствия прыткости чуть не опоздал на занятие. Глаза слабо и нехотя глядели то на преподавателя, то на доску, то на облезлый угол в потолке, то на вентиляционную решётку в стене. Зачем-то он скосил их в сторону, где сидит Инесса. Всё так же хороша и с его любимой причёской — хвостиком. Как ничего и не произошло. Вот, и руку теперь тянет, чтобы уточнить параграфы к грядущей самостоятельной работе. Полна живости и целеустремлённости, как и прежде. А у него энтузиазма поубавилось да и самооценка упала добротно. Учитель плясал у доски с повторением, а Сергей даже не вникал. Как-то пусто стало. Будто что-то из мира вынули, только зачем? Что именно и почему с такими последствиями? Хотя что случилось, по сути дела — ничего. Ничего особенного не произошло — всё прежнее. Только ему одному почему-то взбрело в голову, что что-то случилось.

Теперь он старался даже мельком не поглядывать на Инессу. Она сама призналась, как ей некомфортно. Конечно, ты приходишь сюда для обучения, и замечаешь на себе две пары следящих глаз, которые только и ждут, чтобы уличить момент для соглядатайства. Ей действительно неприятно. Она призналась в этом, не стала терпеть, как размазня. Сергей как бы ни был растерян и обижен, стал всячески оправдывать Инессу. Объяснял себе, что она ничего ему плохого не сделала, ей просто не нравится, что на неё смотрят, ещё и про Валеру сказала, чтобы лично ему такое не писать. Всё грамотно сделала — чин по чину. Вот только почему от этого на душе так гадко? Уже началась весна, на реке уже появилась полынья18, сосульки начнут свою капель, природа проснётся ото сна, чтобы вдохнуть в засохшую землю жизни. А ему не до этого. Он осёкся и поплатился за это. Зла ни на кого не держал, он понимал, что сам, по сути, виноват, не на ком было отыграться и вернуть уверенность в себе. Пообмяк и скис за несколько дней. Если раньше ему хоть колкости в чей-то адрес удавались, то теперь же он пасмурно молчал и ни до кого ему не было дела. Его мысли занимала единственная мечта — вернуть расположение Инессы.

Он не знал, как это сделать.

Поэтому просто молчал.

Лучшие мои чувства, боясь насмешки,

Я хоронил в глубине сердца.

Они там и умерли.

М. Ю. Лермонтов «Герои нашего времени»

Это был первый понедельник после Восьмого марта и выходных, погода стояла отвратительная, всё зыбело и пучилось, перемешивая грязь с водой и мокрыми толщами снега. Кто не имел сапог, галош и им подобных очень сильно расплачивался за то, что вышел на улицу в таком виде.