Магистрат располагался напротив штаба легиона, достаточно было не потеряться среди коридоров офицерского корпуса, дальнейший путь не занял много времени. Она машинально отдала честь стоявшим на страже легионерам, чему они явно удивились и спросила, где ей можно пройти сигнацию. Сам префект, как и ожидалось, перепоручил это задание помощнику. Щуплый и пронырливый старичок посадил её в неиспользуемом кабинете и попросил подождать. Вернулся он спустя пару минут и словно муравей тащил огромный фолиант в металлическом переплете. Раскрыв его на нужной странице и вооружившись браслетом он попросил у Марии документы и очень удивился, узнав, что их нет. Записав все с её слов он предупредил о дополнительной проверке и приложил браслет к татуировке на руке, которую тут же прострелило. Девушка стиснула ладонь в кулак и заставила себя держаться ровно, пока старичок сличал сведения с предоставленными ею. Наконец он закончил и с улыбкой сообщил, что сигнацию она прошла и может быть свободна.
Свободна, как же! Квинтиус горько усмехнулась, закрывая татуировку рукавом. Все эфириусы на коротком поводке, Империя клеймит каждого из них и жестко контролирует передвижения. Мария никогда не сможет поехать за границу, если только в поход, аналогичный тому, из которого чудом вернулась живой сейчас. Если бы она была не вигилом, а инженером-эфириусом, то не смогла бы решать судьбу ни одного из своих изобретений, тем паче извлекать из них какую-то выгоду. Сами эфириусы и все результаты их трудов принадлежали Империи. Еще ей следовало навестить префекта вигилов, но старичок сообщил, что того нет на месте. Словно услышав её мысли о так несвоевременно куда-то пропавшем высоком начальстве, на входе в штаб её поймал юркий юноша.
— Вигил Квинтиус? — спросил он вытянувшись во фрунт.
— Да, это я, — она прошлась взглядом по его железному погону, который сообщал, что перед ней тиронес, готовящийся стать легионером и выполняющий обязанности мальчика на побегушках.
— Вас срочно вызывает трибун Сервилий.
— Тогда пойдем.
Вызывать трибун Сервилий мог только своих подчиненных, к которым Мария не относилась, но вступать в конфронтацию никакого желания не было, поэтому послушно следовала за юношей. Тот привел её к той же самой двери, за которой ранее долго пропадал Умбра. Сейчас Леандр тоже был в кабинете. Тиронес зашел, вытянулся перед начальством, отдал честь:
— Я привел вигила.
— Хорошо. Свободен, — проговорил мужчина за столом.
Мария не заметила ухода юноши, все её внимание поглотил трибун, потому что за четыре года мужчина не сильно изменился. На вид сорок с лишним, высокий, подтянутый, гладко-выбритый с коротким ежиком темно-русых волос. Что же это такое?! Сначала напоминанием о том лете Луций, теперь он! Таисия перестала отвечать на письма года полтора назад, Мария пыталась её найти, но ничего не вышло. Интересно, Сервилий сможет рассказать, куда делась его конкубина? Мужчина не стесняясь рассматривал девушку.
— Так вот ты какая, Квинтиус, — его лицо в отличие от голоса не выражало никаких эмоций. — Это ты ей нашел форму?
— Да, трибун, — коротко сообщил Умбра.
— Если бы не знал заранее, подумал, что из моих орлов, — усмехнулся он и тут же сведя брови холодно обратился к Марии. — Расскажи об артефакте и том, что произошло на пирамиде.
— Предполагаю, Умбра вам уже все рассказал на эту тему, — она не была обязана что-то ему рассказывать, особый эдикт предписывал лишь участвовать в военных операциях, но не докладывать по всей форме. В конце концов её начальство другое. Для экспертизы артефакта военным придется привлечь вигилов, и это, к счастью, будет не она.
— Конечно. Но мне нужно мнение вигила, присутствовавшего при его активации, — Сервилий буравил Марию взглядом, но та свой не опустила, напряженную тишину разорвал сам трибун, резко сменив тон на мягкий и даже отеческий. — Я подал прошение о награждении тебя фалерой Орла первой степени и уверен, что оно будет одобрено.
Ошарашенная девушка пыталась вспомнить все ей известное о системе наград в легионе и о данной фалере в частности. Ничего не вспоминалось, но легкое удивление на лице Умбры и слишком уже приторное выражение лица трибуна говорили о том, что это не пряник, а просто-таки торт. Сервилий проницательно заметил смену настроений на лице Марии, прекрасно догадываясь о её выводах. Да, было бы глупо надеяться на молчание Леандра или Эбуция с Кальвусом. Военная разведка теперь будет иметь сведения об очень интересном вигиле из первых рук и при случае использовать Квинтиус в хвост и в гриву. Фалера призвана подсластить пилюлю, трибуну легче работать с лояльными подчиненными.
— Благодарю, — выдавила она делая себе зарубку выяснить все про награду.
— Присаживайся и поведай о том чудовище, что победила на пирамиде, — трибун указал на кресло перед своим столом, при этом не обращая внимания на стоящего Умбру.