- Ладно, вы ведь не отцепитесь, - девушка вздохнула и устроилась удобнее. - Самый худший я провела на допросе у имперских дознавателей, которые применили инквизицию Непоциана.
Ответом ей стала тишина и вытянувшееся лицо Эбуция.
- Непоциана? - неверяще переспросил он, потрясенно разглядывая Марию. - Что же ты такого натворила?!
- Я ничего, а вот мой учитель очень даже. Однако это не относится к вопросу про мои дни рождения.
- Что это за инквизиция Непоциана? - спросил Умбра. - Чем она отличается от обычной?
Увидев, что Мария не планирует отвечать на вопрос, Галл цыкнул и решил рассказать:
- Это специальная методика для допроса именно эфириусов, - он поморщился. - Крайне мерзкая штука.
- Ты пробовал? - сразу задал вопрос Леандр.
- Нет, конечно, - огрызнулся Эбуций. - Но видел тех, кто ей подвергался. После неё в лазарете минимум сутки проводят.
Даже Кальвус перестал рассматривать что-то безусловно интересное на полу пещеры и поднял на Марию свои голубые ледышки, в которых появилось заинтересованное выражение.
- И сколько же ты провела в больнице? - спросил у девушки их новый командир.
- Этот вопрос уже не относится к моему дню рождения, - ответила она. - Зато мне интересно, откуда у тебя такой странный номен, Умбра? - перевела она стрелки.
- Как ни странно, твой вопрос также не имеет отношения к дням рождения, - отрезал он и демонстративно взялся собирать ружье.
Ураган закончился поздно вечером, выдвигаться решили завтрашним утром, сытыми и отдохнувшими. Пещеру покинули, когда небо едва посветлело на горизонте. Лес сильно пострадал от ветра, кругом лежали поваленные деревья и пальмы, вырванные с корнем, некоторые переломило пополам. Кое-где лежали уже немного погрызенные трупы животных. Обратно к реке они вышли достаточно быстро. Та располнела от ливня и перебраться через неё можно было и не думать. Тут и там в помутневшей воде были видны блестящие бока топляков и плавучие кусты из обломанных веток и травы. Отдохнувшие и выспавшиеся они споро пробирались через буреломы и завалы. Шторм оказал отряду большую услугу, местные сейчас больше заняты приведением в порядок жилищ и спасением скарба, чем поимкой чужаков. Оборотной стороной монеты стала ночевка на подстилке из влажных листьев и веток.
К побережью они вышли через день. Ровная песчаная полоса убегала в две стороны, оставляя мало шансов спрятаться. Посовещавшись Умбра и Кальвус постановили, что сигнал дадут, когда стемнеет. В ночном небе его будет лучше видно, причем и своим, и чужим. Все это понимали и были на взводе. Чтобы не допустить паники командир прибег к старому доброму способу - физическим нагрузкам, постановил соорудить укрытие под корнями вывороченной сосны, что росли тут в изобилии. Вооружившись кусками коры и небольшой помощью эфира вскоре они сделали натуральную нору, выход из которой удобно маскировался корнями. Спрятаться там всем можно было только набившись как сельди в бочку. Пообедали и поужинали остатками мяса еще одного тапира, которого Дунстан подловил в реке. Сухпаек пока берегли, не известно, сколько придется ждать корабль и придет ли тот вообще.
Ночь пришла незаметно. Ухнула темнота, как бывает только в южных широтах. Небо над морем было затянуто облаками и звезды прятались за ними вместе с луной. Сигнал пошли подавать Умбра и Эбуций. Мария сидя на подстилке из листьев обхватила себя руками и наблюдала за удаляющимися фигурами мужчин. Когда их силуэты окончательно поглотил мрак вперила взгляд в никуда, стараясь унять предательскую дрожь. Последние дни, если она не занимала себя работой или медитациями, настроение скакало от практически панических приступов до странной апатии, в которой все происходящее казалось дурным сном. Её оцепенение нарушил шорох со стороны Кальвуса, что пристроился рядом. Она глянула на него и поежилась, представив на его месте Галла.
- Так говорить ужасно, но я рада, что именно ты выжил, - тихо сказала она ему. - Без тебя мы бы шли до берега в несколько раз дольше и впроголодь, да и не факт, что дошли бы...
- Все легионеры и армейские эфириусы проходят курс выживания в дикой природе, - так же вполголоса ответил разведчик.
- Природа природе рознь, одно дело леса на севере и совсем другое - джунгли, полные ядовитых тварей, - не согласилась Мария.
