- Что вы творите? - она спешно прикрылась и отошла назад, практически упершись в тумбочку у окна.
- Кто это сделал? - тон Клавдия с раздраженного сменился на холодный, от которого стало не по себе. - С кем ты связалась?
- Это Фрам, - вздохнув призналась она, поняв, что не сможет отвязаться от Росция. - Мы с ним тренируемся.
- Тренируетесь? - вигил ошарашенно смотрел на Марию.
- Да. Я его попросила.
- Попросила? - задумался он. - И как долго вы уже тренируетесь?
- Сегодня был первый раз.
- Первый и последний! - он решительно посмотрел на неё.
- Нет, - их взгляды скрестились. - Мне нужны эти тренировки, а с их последствиями поможет справиться Бранд.
- Это не тренировки, а избиение!
- Значит, так надо!
- Вот ведь упрямая! - Клавдий взлохматил волосы. - Никакого Фрама! Я с ним поговорю.
- Нет! Ты не посмеешь! - Мария была в бешенстве. - С меня хватило одного раза, когда на моих глазах Кенреду вогнали нож в сердце! Больше я такого не допущу, понял?!
- Чего не допустишь?! Ты не легионер, Квинтиус! Очнись! - мужчина схватил её за плечи и встряхнул. - Ты вигил, а не армейский эфириус! Насильственная инициация и одно опасное задание еще ничего не значат. Вигилы не защищают никого от дикарей.
- Мне бы себя защитить! Через полгода я буду носить такой же значок, - она ткнула ему пальцем в грудь, - и торчать в заднице мира, где справляться придется в одиночку!
- Никакого Фрама! Этого мерзавца я к тебе не подпущу!
- Может, он и мерзавец, но дело свое знает!
- Ты не будешь с ним заниматься! Я сказал!
- Ты мне никто и не можешь ничего запретить!
- Никто, значит? - он предостерегающе понизил голос, а потом схватил девушку и поцеловал.
Опешив от неожиданного поступка Росция она не сразу сориентировалась, а в следующее мгновение уже сама обхватила его за шею, превращая поцелуй практически в укус. От обилия эмоций прелюдия превратилась в борьбу, впившись губами друг в друга они сдирали одежду и шипели, когда касания становились особенно болезненными.
Очнулась Мария в обнимку с Клавдием на собственной узкой и жесткой кровати. Настороженно оглянулась и неверяще покосилась на подозрительно спокойного мужчину. Поверить в произошедшее помогала боль в спине, руках и подозрительно покосившаяся тумбочка, которую, очевидно, придется чинить или вообще выкидывать. Медленно освободившись из неожиданно мягких объятий встала, завернулась в покрывало и обернулась на Росция, что опасливо посмотрел на неё, приподнялся на локтях и неуверенно начал:
- Квинтиус, мне...
- Надеюсь, ты не собираешься сказать, что тебе жаль? И можешь уже звать меня Мария, после такого-то, - она изогнула бровь, фыркнула увидев изумление на лице вигила и выходя из комнаты обернулась. - Кстати, это ничего не меняет. Тренировки с Фрамом я продолжу.
Стоя под струями теплой воды она пыталась оправдать свой порыв. Последний раз с мужчиной она была еще в Виндобоне, где исхитрилась найти себе постоянного и опытного любовника. Достаточный срок, чтобы слегка озвереть. Привыкшему к регулярному удовлетворению организму требовалась разрядка, особенно на фоне постоянного стресса. Главное теперь каким-то образом пережить возможное развитие отношений с Росцием. Более неудобного партнера еще следовало поискать. С другой стороны, лучше уж такой, чем вообще никакого. Решив все для себя она вытерлась и прямо в полотенце вышла из душа. Вигил ждал её прислонившись к стене в коридоре, одетый и подозрительно причесанный.
- Знаешь, Мария, - задумчиво произнес он оглядывая девушку, - иногда мне начинает казаться, что с твоими документами что-то напутали, и на самом деле ты как минимум вдвое старше и Университет закончила не прошлой весной, а с десяток лет назад.
- Боюсь спрашивать, откуда такие сомнения? - усмехнулась она.
- Предлагаю их обсудить за обедом.
- Я бы предложила их вообще не обсуждать, - она зашла в свою комнату и закрыла дверь.
Если бы этот разговор состоялся до её общения с имперскими дознавателями, она бы вполне обоснованно забеспокоилась. Проведенная ими инквизиция Непоциана и долгое расследование деятельности Клеарха избавили Марию от каких-либо обвинений. Подозрения, правда, остались, но любые проверки подтверждали правдивость её слов, физически она была двадцатилетней девушкой, которая первые четырнадцать лет своей жизни провела в коме. Все остальные странности легко объяснялись странными методами её учителя, где на первом месте стояла учиненная им инициация. Поэтому она спокойно устроилась напротив Клавдия и вдохнула аромат очередного шедевра Марфы. Вигил ел медленно, постоянно останавливаясь на ней взглядом и в конце концов она не выдержала и спросила, отложив в сторону ложку:
- В чем дело? Под таким пристальным вниманием в меня кусок не лезет.
- Неужели я не дождусь даже маленькой истерики в твоем исполнении?
- По какому поводу?
- Ну, любовь там, что еще будоражит умы юных дев, - ухмыльнулся он.
- Может, я и юная дева в твоем понимании, но мой ум будоражат совсем другие вопросы, - ответила она снова приступив к еде.
- И какие же? - лукаво посмотрев спросил он.
