Избегающий смотреть на неё Отто осторожно попятился и скрылся за сараем. Уходящий противник между тем быстро перестал волновать Марию, потому что внимание Фрама переключилось на неё и выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
— Вигилов вроде учат в университетах. По тебе не заметно, — он сплюнул. — Ты где свои мозги забыла, девка? Лезть в драку с одним из моей тройки! Да если бы этот олух тебя придушил, дуру такую, мне самому его бы удавить пришлось!
— И чего ты ждешь от меня? Извинений? — глухо спросила девушка поднимаясь и потирая шею. — Или думаешь я просто так на него накинулась?
— Да потому что идиотка! Будешь всегда эту шлюху пасти? — спросил он и тут же усмехнулся язвительно. — Не переживай, она привычная. Отто у неё самый щедрый, ради такого пару раз и потерпит.
— Она-то может и потерпит, а я нет, — Марии удалось побороть головокружение и она встала почти прямо.
— А придется. Или будешь битой. Часто и больно, — хохотнул он. — С твоими умениями не против моих парней выходить.
Что дернуло её за язык, Мария не могла потом объяснить себе и сама. Возможно, виной тому были воспоминания о Кенреде и двоих дикарях, с которыми она не смогла справиться, или ощущение полного бессилия, накрывшее, когда жесткие пальцы Отто выдавливали из неё воздух. Будто призрак Клеарха выбрался из памяти и снова холодно и отрешенно смотрит на беспомощную девочку у своих ног. Так или иначе, но она спросила:
— Хочешь сказать, что сможешь научить лучше?
— Научить? — Фрам ошарашенно посмотрел на Квинтиус. Очевидно, подобного он от неё не ожидал.
— Именно, — она ухмыльнулась. — Сможешь научить так, чтобы не быть битой?
— Вот нахалка, задери меня осман! — он неверяще помотал головой. — Какого хрена я буду тратить на тебя свое время?
— С того, что тебе самому интересно? И еще ты с удовольствием посмотришь на то, как я набью морду этому Отто, — девушка подошла ближе и пристально посмотрела прямо в лицо легионеру.
Сейчас она, наверное, впервые смогла рассмотреть его как следует, благо этому способствовал почти одинаковый рост. Коротко стриженые, выгоревшие на солнце почти до соломенного цвета волосы контрастировали с темно-карими глазами. Покрытый короткой темной щетиной подбородок пересекал старый шрам, свернутый набок нос и сведенные в одну полосу густые брови не добавляли образу дружелюбия. Сущий головорез или бандит. Хотя, по факту он им и был. Мария вспомнила слова Идо о том, что он пытался снасильничать Эду. Правда это её заботило мало. Если он может научить драться так, чтобы больше никакая двуногая тварь не достала, то пусть будет хоть форменным мерзавцем. Видимо, решимость явно отразилась на лице девушки, потому как Фрам отступил на шаг и задумчиво её оглядел.
— Хоть раз пожалуешься и можешь считать, что наши тренировки и не начинались. Приходи утром на полигон, — бесстрастно сообщил он, развернулся и ушел.
После первого их занятия она была бы и рада пожаловаться, да сил хватало только на то, чтобы собрать себя в кучку и доползти домой. Сначала Фрам устроил проверку её силе, выносливости и гибкости, после чего перешел к тесту на ловкость, который заключался в том, что необходимо было уворачиваться от его ударов. Конечно, ничего у неё вышло и если два первых она пропустила, то следующие пару десятков попали точно в цель. Этот изверг только ухмылялся и спрашивал, не хочет ли она поныть или забрать свои слова об обучении обратно. Она же сильнее стискивала зубы и снова вставала, чтобы согнуться в три погибели от очередного пропущенного выпада. После двух часов истязаний Фрам только улыбнулся, обнажив сколотые зубы и сообщил, что ждет её завтра.
Патрулирование она пережила с трудом. Гай заметил, что она кривится и еле держится в седле и поинтересовался, чем же она таким занималась, что едва жива. Рассудив, что Фрам не зря запретил распространяться об их занятиях, Мария ответила обтекаемо: «На тренировке с утра переоценила свои силы». Не соврала, но и всей правды не сказала, хотя пообещала себе потрясти нового учителя, потому как врать товарищам очень не хотелось. За решением проблемы обратилась к Нидгару. Продемонстрировала пораженному медику кровоподтеки и синяки, непреклонно отказалась отвечать на вопросы о причине появления травм и получила обезболивающую и заживляющую мази.
Морщась от боли в натруженных мышцах и рассматривая наливающиеся синяки, Мария радовалась неожиданной предусмотрительности Фрама. Тот бил исключительно в корпус и по ногам, поэтому скрыть последствия занятий не составило труда. Точнее, она так думала до того момента, как в её комнату не ворвался метающий из глаз громы и молнии Клавдий. Sapienti sat, как говорится, ей не пришлось долго думать, чтобы сложить два и два. Придется поговорить с Нидгаром о врачебной тайне.
— С кем ты сцепилась, Квинтиус?! — взбешенный Росций требовал ответов. Мария же глядя на него вспомнила подозрительные взгляды Нидгара.
— Ни с кем, наставник, — холодно ответила она и стала закрывать дверь.
