— Вы же не хотите напасть на них? — заволновалась Зося. — Подожди, дай соображу. Проникновение в мастерскую, наёмники из «Когтей». А где связь? Слушай, а вдруг бешеная американка решила нагадить?
— Хорошая попытка анализа, — похвалил я. — Но Арабелла не делала заказ. Я знаю точно. Это наши умельцы. Одна из трёх компаний, занимающихся разработкой экзоскелетов.
— А ты сам в порядке?
— В полном. И дом цел, не разнесли. Мне нужно знать всё о «Когте», кто им сделал заказ.
— Я поговорю с воеводой. Сам ничего не делай, а то голову открутят.
Я пообещал, что не стану проявлять бессмысленный героизм. Лезть напролом на хорошо охраняемую базу с моим специфическими умениями — так себе идея. Поэтому посижу ещё немножко и поеду домой.
Зося отключилась, а я вернулся на скамейку. Яким продолжал следить за вялыми передвижениями охранников вдоль забора.
— Есть что интересное? Знакомые наши выходили?
— Вообще никто не выходил, — сказал телохранитель и убрал прибор под куртку. — Так что делать-то будем?
— Поехали домой, — решил я. — Теперь этой проблемой займутся компетентные люди. В конце концов, наёмники отрабатывали контракт, никого не убили. Разве что за разбитое окно не заплатили. Мне важно найти заказчика. Иначе набег повторится, и я не уверен, что обойдётся без жертв.
2
— К вам рвётся госпожа Дамецкая, — предупредил по интеркому секретарь-адъютант. — Грозится сломать мне руку, если я её не пропущу.
— Согласно внутренней инструкции ты обязан выполнять мои приказы, а не бесноватых подчинённых, — пошутил воевода. — Руку твою починим, зато на больничном посидишь с недельку…
Ну вот бывают дни, когда настроение хорошее само по себе. За окном конец сентября, солнышко клонится к закату, пожелтевшие кроны деревьев ещё полны листьев, но уже начинают избавляться от них, готовясь к зиме. Горячий чай с лимоном греет не только грудь, но и душу.
— Да пропусти ты её, — Иртеньев почувствовал, как напрягся адъютант. — А то и в самом деле испортит мебель и тебя обидит.
Когда девушка ворвалась в кабинет, она мгновенно превратилась из гневной фурию в образцового сотрудника серьёзной государственной конторы. Одёрнув китель, Зося сделала два шага вперёд и лихо козырнула, приложив ладонь к кокетливо заломленной беретке. «Не по уставу», — подумал воевода и с интересом взглянул на лихую девицу.
— Здравия желаю, ваше высокопревосходительство! — звонко проговорила Зося. — Разрешите обратиться по очень срочному и важному делу?
— Дамецкая, ты когда замуж выйдешь? — нарочито громко втянув в себя ароматный напиток, поинтересовался Иртеньев.
— За что вы меня так не любите, Николай Юрьевич? — сделала обиженное лицо девушка.
— Люблю, даже больше всех, — спокойно ответил воевода. — Но я заметил, что ты свою неуёмную энергию стала часто использовать не в нужном направлении. То руку моему адъютанту покалечить хочешь, то нос разбила одному хлыщу в кафе, а парни вообще жалуются, что ты меры не знаешь, лупишь их, как манекены.
— Гражданские штафирки много о себе возомнили, — буркнула Зося. — Этот дурак на мою грудь пялился и грязные намёки делал. А я девушка романтического склада характера. Каково было слушать подобное? Вот и получил. Да я легонько, только пальцем щёлкнула по кончику носа.
— Ничего себе, щёлкнула. Сломала ему носовую перегородку. Хотя бы Силу гасила в подобных случаях. Гражданские — они же слабенькие, хрупкие, сдуваются быстро.
— Прошу прощения, ваше высокопревосходительство, — вытянулась Дамецкая, и китель натянулся на этой самой груди, которая, по мнению воеводы, и в самом деле была привлекательной, даже под плотной тканью формы. — Больше не повторится. А насчёт замужества… ну нет подходящих мужиков.
— Как нет? А Кондор? Бекас? Сокол? Да это же настоящий генофонд нации! Крепкие, сильные… тебе какую ещё холеру надо?
— Личные взаимоотношения на службе запрещены.
— В голове они у тебя запрещены! — возмущённо запыхтел Иртеньев. — Ладно, чего пришла? И присядь, не маячь перед глазами.
Зося с облегчением, что тема о замужестве заглохла сама по себе, быстренько села напротив воеводы, сложила руки на столе, как прилежная ученица.
— Сегодня был звонок от Танцора. У него проблема.
— Что опять? — вздохнул воевода, прижимая ложечкой кружок лимона, выдавливая из него остатки сока. — И почему до сих пор не согласован график его тренировок на полигоне?
— Он же недавно приехал, своих дел хватает. Учёба, подпольные бои. В общем, вчера ночью на его усадьбу напали неизвестные. Пять человек, двое из которых — маги. Пытались похитить то ли секретные детали, то ли вообще бронекостюмы сломать. Танцор предполагает, что наёмникам дали приказ совершить технологическую диверсию.
— Диверсию, — хмыкнул Иртеньев и отхлебнул из стакана. — Я понимаю, если бы у него было целое предприятие по изготовлению экзоскелетов, и в производственный цех проникли неизвестные с целью взорвать всю линию. Слишком громкое заявление.
