В 6.45 Мидзогути и Соэ отправились на встречу с репортерами в вестибюле. Первый из журналистов прибыл почти сразу же и какое-то время дружески болтал с Мидзогути. Второй репортер опоздал на две минуты и явился в сопровождении двух коллег, один из которых представлял ведущую японскую газету «Асахи Симбун».
После представлений и краткой беседы репортер «Асахи» заявил с обезоруживающей прямотой:
– Мидзогути-сан, вы сказали, что сможете сообщить важную информацию, которая смутит многих значительных лиц. Надеюсь, что вы правы.
Мидзогути низко поклонился.
– Думаю, вы будете удивлены. Пожалуйста, следуйте за мной. – Они поднялись на лифте к номеру 3440, куда Мидзогути вошел, дважды постучав в дверь.
Вооруженные и одетые в форму Кольдеве и Аларисто поднялись им навстречу.
– Добро пожаловать. Я капитан Ханс Кольдеве из Тюбингена, командир 3-й роты 1-го стрелкового батальона, ранее входившего в состав 35-го имперского пехотного полка. Вы все говорите по-английски?
– Да, – поспешно ответил Мидзогути, вспомнив японскую речь Кольдеве.
Четверо журналистов выглядели несколько неуверенно.
– Хорошо, будем говорить по-английски, – сказал наконец один из них. – Мидзогути-сан сообщил нам, что у него имеются новости, которые нам следует осветить. Вы его представитель?
– В некотором роде, – ответил Кольдеве.
– Что же это за новости? – спросил репортер «Асахи».
– В последний раз Япония подвергалась вторжению в 1274 году. Сейчас мы осуществляем это снова. Отнюдь не второразрядная новость, поэтому мы решили, что людям следует о ней знать.
– Вторжение?! – Один из репортеров уронил свой диктофон..
– Да. Я один из участников экспедиционных сил – Мидзо, тебе лучше это перевести, дабы не сомневаться, что они правильно поняли, – с планеты Зейд-Африка, которая недавно провозгласила себя независимой от Империи. Мы глубоко обеспокоены действиями компании, именуемой «Юнайтед-Стил стандард», а также ее дочерних предприятий и сторонников. – Кольдеве посмотрел на часы. – Через два часа мы можем позволить вам передать сообщение по телевидению и радио, так что разрешите посвятить вас в детали. – Он добавил, лишь слегка отклонившись от истины: – Наши экспедиционные силы состоят из сорока семи человек – этот факт может заинтересовать ваших читателей.
Далеко наверху фрегат «Хендрик Пинаар» начал приближаться к станции Ямато, уже передающей сигналы тревоги.
– Это и называется делать историю? – осведомился Хенке, глядя на экран.
– Только подталкивать ее локтем, – отозвался Верещагин.
Детлеф Янковски улыбнулся, осуществляя маневр корабля.
– Следующая остановка – станция Ямато. Прибываем примерно в 8.50 по токийсrjму времени. – Янковски уже мог различить тонкие трубки лазеров, начавших выслеживать их.
В 7.5 °Cтунити Гётен вышел из своего дома на 1-23-15 в Сото в сопровождении двух помощников и телохранителя. Толстого весельчака и одновременно безжалостно жестокого политика погубили его размеры.
Кетлинский приготовил свой сенсор к реакции на двух или более передвигающихся людей, один из которых должен иметь рост около метра восьмидесяти и вес более ста десяти килограммов. Гётен и его сопровождающие соответствовали этим параметрам.
Когда они сели в ожидающий их лимузин, две мины, установленные в кустах с каждой стороны двери, взорвались, поразив всех троих. Один из помощников, шедший впереди, скончался прямо перед тем, как прибыла «скорая помощь».
Закончив объяснять, что плохого сделали Зейд-Африке «ЮСС» и имперское правительство, Кольдеве выразил готовность ответить на вопросы.
Один из журналистов робко поднял руку.
– Но если все это правда, вы бы достигли ваших целей, просто сообщив о происшедшем японскому народу. Какой же смысл устраивать бесполезные атаки, которые приведут только к ненужным жертвам?
Кольдеве наморщил нос.
– Если бы мы хотели передать сообщение, то воспользовались бы телефоном. Но подобные вещи уже происходили как на колониальных планетах вроде Эсдраэлона, так и во многих местах на Земле. В армии есть старинная поговорка: «Мы не можем удержать вас от определенных поступков, но можем внушить желание к ним не прибегать». Мы сожалеем о всех случайных жертвах, которые могут повлечь за собой наши действия.
– Если мы, японцы, будем и дальше придерживаться порочного курса, – вежливо добавил Мидзогути, – нынешнее поколение детей ожидает весьма печальное будущее.
Все поняли значение его слов.
По окончании вопросов Мидзогути поклонился и надел пальто, собираясь уходить.
– Куда вы? – спросил репортер.
– До сих пор я сделал очень мало, чтобы приостановить развитие событий. Я задал себе вопрос: какова должна быть ответственность людей, внесших вклад в создание ситуации, когда слова становятся бессильными?
– Но вы же слепой! – запротестовал репортер «Асахи».
– Капитан Кольдеве уверяет, что я по-прежнему хороший солдат, а многие другие, кажется, еще бо-» лее слепы, чем я, – отозвался Мидзогути. – Надеюсь, вы все позаботитесь о своем здоровье.
