Я поднял ногу. Щиколотка была перевязана верёвкой, другой конец держала моя бывшая служанка.
– Я её вещь. Ты, пышногрудая, не можешь мне навредить, так же, как не можешь порвать юбочку твоей соседки справа, ибо это запрещено вашими законами. На самом деле, знать законы других государств, на мой взгляд, даже более важно, чем уметь выживать в джунглях, – я самодовольно усмехнулся. – Мама всегда говорила, что из меня вышел бы неплохой адвокат, – я улыбнулся максимально похотливо. – Как же приятно быть рабом!
– Ах ты, собака! – Девушки крепче сжали оружие и покраснели, но ничего мне не сделали.
Мне было бы очень больно, если бы я не знал местных порядков, а так… Я легко мог здесь выжить.
– Если быть точным, я кобель, а вы тогда… – язвительно начал я.
– Хватит, – прервала меня Монмаренси.
В отличие от меня она жутко нервничала. Ей не верилось, что валькирии нам помогут. Скорее, она ждала, что нас в любую минуту насадят на копьё и оставят прохлаждаться у этого костерка. Однако её неверие в человечность дикарок было абсолютно необоснованным. Все люди имеют сострадание, даже валькирии[21].
– Как пожелаете, о моя прекрасная госпожа, – я одарил подругу улыбкой.
Монмаренси покраснела непонятно почему, а затем обратилась к девушкам:
– По закону вашего народа я имею право просить о помощи, ночлеге и еде?
– Так может поступить любая наша сестра, – кивнула одна из недовольных копейщиц.
Нас отвели в Злобный город[22], который выглядел довольно отстало в сравнении с остальными городами, где я успел побывать. Здесь даже не было брусчатки, а дома строили исключительно из дерева. Однако их было много, а местные жители, в том числе мужчины, выглядели довольными жизнью.
Монмаренси предоставили в распоряжение небольшой домик на краю деревни, почти у самого моря. После этого началась моя работа. Надо признать, что на этом острове зарабатывание денег стало для меня задачей нехитрой. Я рисовал чертежи, а моя «хозяйка» выдавала их за свои. Не прошло и месяца, как мы разбогатели, а Валькирия развилась. У воительниц появились мельницы, пошло в гору сельское хозяйство, на берегу выросли первые каменные здания.
– Прум-пупу! – радовалась моя бывшая служанка, поедая тушёное крабовое мясо и запивая его игристым белым вином.
На столе поджаренные рёбрышки птицы Моа теснили Калукоку[23]. А пойманные несколько часов назад устрицы оттягивали моё внимание от лягушачьих лапок в темпуре. Огромная рыба Арапайма[24], приготовленная на углях, привлекала Монмаренси больше, чем тыквенный суп с креветками. Но главным блюдом за этим столом богачей были бананы, начинённые сливочным сыром, обёрнутые цуккини и украшенные чипсами из помидор.
– Кажется, мы зря столько еды купили, – вздохнул я, отодвигая тарелку подальше.
– Мы самые богатые люди на острове, – пожала плечами Монмаренси. – Ещё пара лет, и мы тут весь город скупим!
– А ты азартная, – улыбнулся я.
– Правда… – она покраснела. – Господин, это ведь хорошая черта?
– У тебя не может быть плохих черт, – улыбнулся я и поглядел в окно. У самых стен нашего дома плескались волны, очаровывая меня.
– Они построят корабль по твоим эскизам, – заявила темнокожая красавица. – Однако вы, то есть ты, уверен, что этим Марко[25] можно будет управлять вдвоём? – обращаться ко мне на ты для Монмаренси было в диковинку. За месяцы, проведенные среди воительниц, она так до конца и не привыкла к этому, постоянно сбиваясь.
– В открытое море не выйдем, но между островами поплавать сможем. Нам главное – добраться до острова Апсары, там уже наша территория с хорошо развитыми городами. Местные дадут мне нормальный корабль.
– Как скажете, господин, – Монмаренси аккуратно доела банан, – то есть Дэйман. – Она пристально посмотрела на меня.
– Что? – спросил я.
– Я тут подумала… скоро мы покинем этот остров, а сегодня почти полная луна и…
– И?
– Может, искупаемся голышом, как в детстве?
– Зная меня, ты ведь понимаешь, что это плохо кончится, – заверил её я.
– Я не против, – она приспустила лямку на своём плече. – Господин, я хочу этого.
– А я против! – категорично заявил я, вставая из-за стола. Алкоголь мгновенно выветрился.
– Вообще-то, на острове я главная! – внезапно парировала Монмаренси, тоже поднимаясь.
– О чём ты? – не понял я.
– Господин Дэйман, как ваша хозяйка, я приказываю вам раздеться, – девушка улыбнулась, вытирая салфеткой руки. – Вы мой раб, моя вещь, а значит, я могу поступать с вами, как пожелаю.
– Очень смешно, Монмаренси, – улыбнулся я.
– Я и не смеюсь!
– А ты уверена?
Я, словно проворная пантера, накинулся на неё и заставил улечься на спину. Прижав девушку всем телом к полу, не давал ей шанса подняться.
– Ты ведь знаешь, каков мой истинный лик, Монмаренси?!
