– Вы искренний, честный, гениальный. Вы всегда откровенно говорите, что не планируете заводить никаких отношений! Вы смелы и отважны в море, а ещё невероятно умны и находчивы на суше! Я восхищаюсь вами, господин. Но если я вам не нравлюсь… – девушка отвела глаза. Сейчас она опять вела себя не как госпожа, и это было трогательно. – Ладно, забудьте, – вздохнула она. – Я буду служить вам, даже если в действительности вы держите меня из жалости. Я могу лишь молить богов о том, чтобы когда-нибудь оказаться вам полезной!
– Прекрати, ты же знаешь, что я тебя люблю!
Я поднялся и сел рядом с ней. Но Монмаренси осталась лежать в довольно привлекательной позе.
– Если честно, я не понимаю, почему вас тянет ко всем, кроме меня?! Вначале я думала, что это из-за цвета кожи, но вы…
– Да я переспал со всеми, с кем только возможно, – я почесал затылок, чувствуя себя немного растерянным.
– Тогда почему не со мной?
– Потому что я не смогу сохранить тебе верность, – грустно улыбнулся я. – Ты не представляешь, как тяжело мне себя сдерживать. Ты такая красивая, искренняя, надёжная. Я доверяю тебе, как самому себе, а иногда даже больше. Монмаренси, я думаю, что ты замечательная.
– Мне не нужна ваша верность, только любовь! – девушка привстала и поцеловала меня. – Господин, пожалуйста, возьмите меня, – прошептала она.
– Монмаренси… – выдохнул я, понимая, что более не могу бороться с чувствами к ней. – Ты само совершенство. – Мои губы начали спускаться вниз по её шее…
Сладострастный город на острове Апсар был самым развитым на архипелаге. Он являлся олицетворением прогресса, который Риверяне привносили везде, куда бы ни приплывали создавать свои новые колонии.
Мощёные красно-коричневые мостовые изящно контрастировали с белыми стенами и небесно-голубыми крышами двухэтажных домиков. Воздух пропитался ароматами дивного парфюма. Местные жители были известными модниками.
– Ого! – вскричал мужчина с голубой кожей[26] лет тридцати, облачённый в походную одежду и с мешком за спиной. На его поясе покачивалось три кинжала. Внимание в его облике привлекала только брошь в форме лиры, судя по всему сделанная из серебра. – Это что ещё за корабль! Никогда не видел, чтобы судном управляла команда всего из двух человек.
– Моё изобретение, – ухмыльнулся я, спрыгивая на землю. – Мы потерпели крушение у берегов Воинственного острова. Чтобы выбраться оттуда, пришлось попотеть и создать Марко. Жаль, что он в открытом море не потянет, но между островами ходить может. Здесь он не потопляем.
– Ты выжил на острове Воительниц?! – мужик открыл от изумления рот. – Тебя, наверное, держали в загоне для скота и угрожали кастрировать?
– Господин только вначале жил в маленьком домике! Потом мы перебрались в особняк и питались деликатесами, – заявила Монмаренси, обнимая меня.
– Вау! – ошеломлённо молвил голубокожий мужик. – Это просто круто! Можете рассказать мне о себе чуть подробнее? Я бродячий бард, и мне бы хотелось сочинить песню про Риверянина, который спасся с того жуткого острова.
– Ни слова больше! – возбуждённо проговорил я. – Готов выложить все пикантные подробности моего выживания.
– Господин, вы же вроде хотели поскорее вернуться домой, – напомнила Монмаренси. С тех пор, как мы покинули владения валькирий, она снова обращалась ко мне только на вы и звала, как прежде, «господином».
– Я угощу вас в любом ресторане в благодарность за рассказ, – улыбнулся певец.
– А ты мне нравишься! – вдруг загорелась энтузиазмом моя служанка. – Как тебя зовут?
– Гелеантропий, – представился он и кивнул нам.
– Да ты шутишь?! – я открыл рот. – Сладкозвучный Гелеантропий?! Тот самый Гелеантропий?!!
– Насколько мне известно, это уникальное имя, которое я взял специально, чтобы меня ни с кем не путали.
– Ты же бард! Любимчик королей! Мой дядя просто обожает слушать твои песни про Мора Первого.
– Да, король Генрих часто просит спеть о нём, – согласился Гелеантропий.
– Вы же поёте только про героев прошлого! – я прищурился.
– Я тут решил, что мне нужен личный герой. К тому же меня зацепил твой рассказ, – он улыбнулся. – Идёмте же, у меня тысячи вопросов!
– Так ты ещё и сквозь бурю провёл корабль! – бард расхохотался.
Прошло немного времени, и мы оба уже были навеселе после очередной бутылки ежевичного ликёра.
– А ты как думал? Я с детства тренировался, чтобы не сгинуть в морской пучине! У меня в комнате на всю стену висит карта мира, прямо напротив кровати.
– А тот арбалет? – уточнил бард.
– Да, я сам его изобрёл, как и рапиру, – отмахнулся я.
– Просто вау! Ты уже опробовал её? Дрался с кем-нибудь?
– Э-э-э… – я вспомнил Аса-переростка с его маленькой спутницей и отрицательно покачал головой. – Нет, ещё не доводилось. Клинок пока не закалился кровью!
– Вот это настрой. Ну что, давай, кто больше выпьет?! – предложил Гелеантропий.
– А я смотрю, ты любишь проигрывать, певец, – ухмыльнулся я.
– Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, морячок.
Мы чокнулись.
