— Некоторые идут и дальше, — заметил Суэйлс. — Некоторые пользуются войной для сомнительных целей, вот, например, полковник Годалминг. Я тут говорил с одним парнем из вспомогательной пожарной службы; оказывается, возвращался полковник совсем не за ружьем. — Он подался вперед. — Говорят, у него была интрижка с белобрысой танцовщицей из «Мельницы». Жена-то его считала, что он на куропаток в Суррее охотился, а теперь у нее появилось много неприятных вопросов.
— Не один полковник войной пользуется, — ответил Моррис. — В ночь, когда откапывали Киркадди, я нашел пожилую пару — их убило ударной волной. Я вытащил тела на дорогу, чтобы их отвезли в морг, а потом смотрю, кто-то наклонился над ними и что-то такое с ними делает. Я было подумал, он хочет уложить их поровней, пока не закоченели. А потом меня осенило: он их грабил. Мертвых.
— А кто сказал, что их убила ударная волна? — добавил Суэйлс. — Сейчас ведь повсюду трупы… и никто их подробно не рассматривает. Кто сказал, что их убили немцы?
— Ну вот, завели… — возмутился Питерсби. — Мы ведь празднуем, а не смерть обсуждаем. — Он поднял бокал. — За Квинси Морриса!
— И за ВВС, — добавила Ви.
— За хорошее в плохой ситуации, — сказала миссис Люси.
— Правильно, — произнес Джек и поднял бокал, но так и не отпил.
Через три дня Джек отыскал четверых.
Я не слышал никого из них до того, как мы начинали копать; а последнюю, тучную женщину в полосатой пижаме и розовой сетке для волос, не слышал вообще — хотя она потом утверждала, что «звала, молилась и снова звала».
Твикенхем все подробно описал в «Весточках». Он снял с первой полосы статью об ордене Квинси Морриса и печатал новую передовицу.
Миссис Люси в очередной раз попросила у него машинку, заполнить бланк формы А-114.
— Это что? — спросила она.
— Ну как же, «срочно в номер» — пояснил Твикенхем, передавая ей лист. — «Сеттл находит четверых».
— «Джек Сеттл, недавно присоединившийся к команде поста номер сорок восемь, — прочла миссис Люси, — прошлой ночью отыскал под обломками четырех человек. „Я хотел принести пользу людям“, — скромно ответил мистер Сеттл на вопрос о том, для чего он прибыл в Лондон из Йоркшира. И он оказался нужен в первую же ночь на посту, когда…» — Миссис Люси вернула статью Твикенхему. — Извините, но печатать такое нельзя. Нельсон и без того вовсю разнюхивает и задает вопросы. Он уже отобрал у меня подчиненного и чуть не погубил его. Больше я ему никого не отдам.
— Но это же цензурный произвол! — вознегодовал Твикенхем.
— Идет война, — отрезала миссис Люси. — Нам не хватает рабочих рук. Я освободила мистера Ренфрю от обязанностей — он уезжает к сестре в Бирмингем. Впрочем, даже если бы у нас в отряде случился переизбыток людей — я все равно не отдала бы Нельсону никого. Он чуть Олмвуда не убил.
Она вручила мне форму А-114, и я отнес ее в управление. На месте девушки, с которой я говорил в прошлый раз, сидела другая.
— Это заявка для наружных усовершенствований. Вам надо заполнить форму Д-268.
— Я уже приносил Д-268. Мне сказали, что брусья относятся к «наружным усовершенствованиям».
— Только если ими укрепляют снаружи. — Она дала мне форму Д-268. — Извините, — виновато произнесла она. — Я бы рада вам помочь, но начальство требует, чтобы все делали по правилам.
— Вы можете помочь в другом, — ответил я. — Мне надо передать сообщение одному из тех, кто у нас в неполную смену — только вот забыл, где он работает днем. Вы адресок не подскажете? Джек Сеттл. А то придется возвращаться в Челси и смотреть там.
— Минуточку. — Она убежала по коридору и вернулась с листом бумаги. — Сеттл? Пост сорок восемь, Челси?
— Да-да. Мне нужен его рабочий адрес.
— А у него нет.
Джек покинул место происшествия, когда мы откапывали из-под обломков тучную женщину. Начинало светать; мы только соорудили ворот и обвязали пострадавшую, как вдруг Джек передал свой конец веревки Суэйлсу и сказал: «Мне пора на работу».
— Вы уверены? — спросил я девушку.
— Уверена. — Она показала мне документ, утверждавший Джека на нашем посту, с подписью миссис Люси. Графы для домашнего и рабочего адресов пустовали. — Больше в его папке ничего нет. Ни разрешения на работу, ни удостоверения личности, ни даже продовольственной карточки. Мы храним для всего этого копии. Выходит, у него нет работы.
Я вернулся на пост с формой Д-268, но миссис Люси не застал.
— Приходили от Нельсона с новой инструкцией, — объяснил Твикенхем, печатая экземпляры газеты на копировальном аппарате. — Теперь по ночам обязаны патрулировать все — кроме тех, кто дежурит на посту наблюдателя и у телефона.
Передовица влажной свежеотпечатанной копии рассказывала о вторжении Гитлера в Грецию; в правом нижнем углу помещалась заметка о Квинси и его ордене, а над ней располагался список, озаглавленный: «Что для нас сделала война». Первым пунктом шло: «Раскрыла в нас способности, о которых мы не подозревали».
— Миссис Люси сказала, что он — убийца, — прибавил Твикенхем.
Убийца.
